Внутренняя  сторона.

Он ей сказал, я буду бороться до конца. Она поверила ему. Она шла за ним по пятам, отслеживая любой крик птицы, дуновение ветра, обнюхивая каждую веточку на дороге. Иногда она видела его во снах. Ей казалось, что она бредит. В ее голове скрежетало множество молоточков – Табакерка или Галатея звала она себя, когда шум становился невыносим. Очень много вселенных крутилось, сталкивалось , взрывалось  в ее голове и тогда она кричала. И только его образ поднимал ее каждый день снова и снова и она шла…А еще с ней рядом бежала маленькая  собачка, которая то и дело запрыгивала в кусты и задерживала ее с пути. И тогда путь казался бесконечным.

Иногда она находила части его одежды и бережно складывала их в свой холщевый мешочек.

Странница, называли ее местные жители, куда ты идешь? Ведьма, говорили другие, ты приворожила его.  Ангел, говорили единицы, что видели ее глаза под капюшоном. Ей было жутко колко,  стыдно, потому что она не знала, почему она идет, потому что в каждом из нас существуют и плохое и хорошее, но она шла, шла за ним. Иногда ангельские колокольчики напевали ей песни, тогда она думала, что это он посылает их ей.

Он ждал ее, насколько хватало сил, оставлял по возможности любые приметные знаки. Иногда они встречались во снах, ссорились, обменивались колкостями. И каждый наутро просыпался   без одного пера. Не делай меня седой, не делай, молила она, я не могу полететь без тебя, у меня лишь одно крыло. Ты слишком жестокая и замороченная особа вторил он ей, я сам наполовину  уже лысый.

Часто их голоса сливались в дожде и ветре или ночной тишине, и получалась музыка, волшебная музыка, от которой душа раскрывалась и превращалась в ромашковое поле. «Просто так» - жужжали пчелы, «Просто так» склоняли перед ними свои шляпки цветы.

В ненастные ночи, когда ветер пронизывал и сковывал все живые клетки, она смотрела на пасмурное небо и воспрошала:  «Почему ты играешь со мной? Или мне кажется?»  «Кажется…кажется…» отзывалось  эхом. И тогда она засыпала, свернувшись калачиком и спрятав свою собачку в подоле платья, потому что двигаться было невозможно.

И вот, однажды, когда она, замученная, голодная, с обвисшим и продрогшим крылом,  отчаялась, она  увидела звезду, которая горела таким же светом , как и ее глаза, и услышала голос. «Иди ко мне...звал он ее…иди …». Она рванулась… но поводок собачки запутался в корягах, и та жалобно скулила  и  гавкала.

А звезда постепенно угасала, на ее глазах превращаясь в маленькую полыхающую  точку. Довольный пес  радостно  бегал между ног..

Догвилль…услышала она сверху.

Холодная гора....

Ты же обещал …7 секунд…ты верил в меня...

А на нее с неба  смотрели мириады разноцветных гигантов. Ей было безразлично. Ее звезда растворилась в вечности бытия.

Ведь, если звезды зажигают, значит, это кому-то нужно,

Значит, необходимо, чтобы души людей видели свет этих звезд,

И выходили из своих землянок, улыбались,

Глядели  друг другу в глаза и разговаривали.

 Внешняя сторона.

Донеслась  она до места встречи, как всегда, опоздала. А он – в больнице, в карты будущего  с друзьями играет.

- Заходи, говорит,  что так долго?

- Да ногу сломала по  дороге, а еще бабушке помогла убираться.

  А я тебе гостинцев принесла.

- Молодец!   Блины? Со сметаной,  обожаю!

  Садись рядом, располагайся, да не стесняйся уже… ты здесь столько раз бывала, что как родная стала.  Только прошу тебя, не сдвигай моих карт.

- Хорошо. Можно я рядом присяду? И буду иногда заглядывать тебе через плечо?

почта