Почему в России не приживаются западники.
Один из деятелей российского внутрипола опубликовал большую работу о
состоянии умов в России. Социология свидетельствует, что базовым понятием
для жителей России является патриотизм (93% россиян — патриоты!). Тот самый,
напомню, патриотизм, который, согласно нашим либералам, должен был считаться
«последним прибежищем негодяя».
Вместе с тем «права и свободы человека» у нас в числе базовых ценностей… на
последнем месте (23%)! У европейцев же «права и свободы»… на первом месте (94%)!
Поэтому наши либералы — там, в Европе. Отстаивают личные права и свободы, наплевав
на патриотизм своего, как им кажется, непутёвого народа.
Второе месте на Западе после прав и свобод занимает такое базовое для них понятие, как «жизнь».
У нас же ценность жизни не входит и в десятку.
«Русскому человеку себя не жалко». На самом деле русский человек ценит жизнь,
но вместе с тем есть целый список понятий, которые он, в отличие от европейца,
ставит выше. Потрясающее открытие!
Именно в этом месте либералы со своими навязшими в зубах «правами и свободами»
проиграли в России раз и навсегда.
На третьем месте у нас — высокие нравственные идеалы (85%), а на четвёртом, почти
равном с третьим по количеству голосов, — единство народов (84%).
Единство, говорю, народов! Та самая ненавидимая нашими радикальными
националистами «многонационалочка».
Но и это ещё не всё.
Буржуазные ценности не приживутся у нас ещё и потому, что в списке базовых ценностей
для русских — приоритет духовного над материальным (82%).
А также преемственность поколений (69%). Поэтому выкинуть из истории, как у нас это некоторые
называют, «эпоху безбожного совка», равно как и любую другую эпоху, хоть языческую, хоть Иоанна Г
розного, народ не позволит. Преемственность нам жизненно важна.
А единство народов — ценность в Европе маловажная настолько, что в списке их предпочтений находится
и вовсе на предпоследнем месте.
Столь же ненужным кажется Европе крайне важный для нас, находящийся в числе основных русских
(и советских) ценностей коллективизм. У нас это вторая по важности ценность (91%), идущая сразу вослед
за патриотизмом, а у европейцев — последняя (весомая всего для 11%)!
Что явственно следует из этого расклада?
Что мы вовсе не европейский народ, как любят уверять и наши либералы, и наши радикальные националисты.
Мы никак не можем быть европейцами ровно потому, что у нас с европейцами всё наоборот. Мы не похожи ни в
чём! Мы диаметрально противоположны!
Западничество, в какой бы обёртке оно ни было, можно навязать русским людям лишь временно, лишь обманом.
Мы не договоримся.
Захар Прилепин.
[454x569]