-Но сделано красиво.

-Вымоем и разделим всем по ключу.

-Зачем они нам?

-Придумаем, - сказал Эльмир.

-Уже! – тут же воскликнул Эрик, - Кто проиграет на карте, тот отдает этот ключ, как символ своего королевства.

-Почему бы и нет. Дан, тебе выбирать первому, как имениннику.

-Пойдем, смоем с них и с меня грязь, тогда и выберем. Эрик, или Эльмир?- озадачился Даниэль, - А впрочем, вы уже тоже одинаково перемазанные. Кстати, ключей – пять.

Ребята отряхнулись, вымыли руки, физиономии и подарки. Разделили ключи. Подарили один Волчонку, причем позволили со смехом выбрать Чиру, вторым за Даном.

Хохоту было, когда попугай с важным видом расхаживал по ключам и пробовал на вкус маленькие самоцветы, ладно, что не один не выклевал и не проглотил. Чир выбрал один из ключей и потащил со стола.

Близнецы, веселясь, цапнули два похожих ключа и тут же поменялись друг с другом.

Мириэль забрала оставшийся. Все были довольны.

Затем отправились завтракать.

Даниэль, увидав накрытый стол, нахмурился и машинально потер запястье, а потом коснулся пластины, подарка друзей, лежащего во внутреннем кармане.

Король узнал об его дне рождения. Вот только поздравления слушать от него принц категорически не желал.

Однако пришлось, сделав каменное лицо.

Хорошо, что поздравлял не сам правитель, а от его имени.

Поскольку король Шанг прекрасно понимал, что любой его подарок в лучшем случае окажется куда-нибудь запиханным или закинутым, нашел то, от чего племянник даже с самой большой досады не откажется.

Королевичам были позволены верховые прогулки.

Этот подарок, конечно, был принят с благодарностью сквозь зубы.

Мысль, пролетевшая у четверых, была одной и той же. Шансы уйти от погони верхом, куда больше, чем пешком.

Кроме того, все королевичи были прекрасными наездниками и им это нравилось.

Единственное, что поубавило им радости, это то, что выезжать можно было только до второго каменного периметра, ограждавшего поместье, словно, предназначавшегося для обороны неведомо от кого, неведомо когда.

После завтрака, чуть отдохнув, отправились на конюшню.

Им тут же предоставили коней.

Оказавшись верхом, дети радостно переглянулись, но тут же Серебряные Крылья поинтересовался:

- Почему паж без лошади?

- Про него не было распоряжений, Ваше Высочество.

-Считайте, что уже есть. Паж должен сопровождать нас. Не бегом же…

Дику вывели лошадь. Даниэль поморщился:

-Это что?

-Лошадь для раба.

-Конь для пажа, - ледяным тоном произнес принц, - Как он будет выполнять мои приказы, если безнадежно отстанет в первые же пять минут скачки на этой кляче? Кстати, Дик, а ты ездить верхом-то умеешь?

-Умею, Ваше Высочество, – расцвел Волчонок.

- Сейчас будет исправлено. Мы дадим ему Снежка.

Для Дика вывели коня, мало чем уступавшего тем, что были у королевичей.

Впрочем, у тех, кто сторожил принцев, были выносливые и быстрые кони. Охрана ни при каких условиях не должна была отстать от сопровождаемых.

Волчонок взлетел на коня. Ездить, как полагается, его тоже учили.

День пролетел замечательно.

Поздно вечером Даниэль ушел в беседку один. Остальные уже разошлись по своим покоям, собираясь ложиться спать.

Он сидел в беседке, сжимая пластинку, что подарили ему друзья, герб его дома и ирода.

Как далеко сейчас был его дом!

Накатила такая тоска.

Даниэль смотрел на звезды и из глаз покатились слезы. Мальчик плакал беззвучно. Никогда он не праздновал свой день рождения без семьи. Отец, мама, братики, сестра. Как же сейчас хотелось ему домой.

Отец бы придумал, как вырваться из этого шелкового плена, где ты и пленник, и ценность.

А здесь ещё тое младших, которых нужно вернуть домой, и Дик, которого тоже нужно спасти от мерзкой судьбы, что назначил ему Шанг. А ничего, совершенно ничего не приходит в голову. Как же хочется домой!

Вытерев глаза, Даниэль несколько раз глубоко вздохнул, загоняя слезы назад. «Ничего - подумал он,- Все равно мы найдем способ вырваться. И следующий день рождения я буду справлять дома!»

Неожиданно мальчик ощутил, что на него смотрят. Дан вскочил, оборачиваясь и хватаясь за оружие.

-Ваше Высочество, это я, - раздался встревоженный голос.

-Дик? Что ты тут делаешь? Как ты давно здесь?

-Простите, Ваше Высочество. Я никому не скажу.

-Да, я не хотел бы , Дик, что бы ты говорил.

-Вам было грустно?

-Да, Волчонок. Разве тебе не бывает печально?

-Бывает, милорд. Тогда мне никого не хочется видеть. Ой!

-Ничего, Дик. Пойдем спать. Уже совсем поздно.

 

                 Глава 13

-Дик, ты узнал, у кого они видели карту Шенгара?

-Да, сир. Принц Даниэль проговорился.

- Так у кого?

-Он сказал «Мигал»,сир.

-Как? Мигал? – король и советник переглянулись, -Ты не ошибся с именем?

-Нет, государь. И ещё принц сказал, что как только этот человек их увидал, тут же сказал, что они – те самые четверо и произнес их прозвища.

-Вот как…- задумчиво заметил король.

-Мигал. Это объясняет, почему нам пришлось начать все с начала. Я не ошибся. Они непостижимым образом вышли на него. Сир, мы должны узнать, где он прячется.

-Как? Этот бывший советник нам бы мог очень пригодиться. Но, ни один из паршивцев сам не заговорит. А дополнительно настраивать их против себя не хочу.

- А может попугать слегка близнецов? Они дорожат друг другом, какое им дело до постороннего человека.

-Я подумаю, Валл. Волчонок, что ещё говорил Даниэль?

-Он сказал, что я – королевский сын и что, я – пятый.

-Как он узнал, что ты – мой сын?

- Он не знает ещё этого, сир.

-Ну-ка объясни поподробней. Он знает, что ты – сын короля, но не знает, что – мой? А чей же тогда?

-Принц Даниэль полагает – что бывшего короля Шенгара или одного из вождей, чьи земли теперь принадлежат нам.

-Вот как, интересно. Постой, а какой ещё такой пятый? Кто? Ты?

-Так сказал не я, государь. Так им сказал этот самый Мигал. Он сказал, что я принц и я – пятый. Он назвал мое прозвище.

-Берегись, Волчонок, если ты смеешь сочинять.

-Нет, сир. Я никогда не посмел бы солгать Вам.

-Но ты не можешь ничего из того, что могут они, - нахмурился король.

-Да, сир. Но принц Даниэль так и сказал, что я не один из них. Я нужен четверым для того, что бы они не стали выяснять, кто сильней и не повернули оружия друг против друга, как случилось на островах архипелага. Принц говорил, что на двух из них до сих пор никто не живет.

-С каких это ещё тех пор?

- С тех, когда четверо поссорились и уничтожили друг друга.

-Да, я читал эту историю, - заметил советник, - Страшная была война, хотя и короткая. Тогда перекроилась вся карта материка и не только политически. Надо же… Выходит им даже такое под силу. Интересно, как этим можно будет воспользоваться, сир?

-Принеси мне эту летопись, Валл. Мне интересно, что происходило. Значит, пятый. Вот почему цвет искр постоянно другой. И показывает только четверых, да Волчонка.

-Меня, сир? – напомнил о себе уже позабытый мальчик, хотя он стоял на виду, - Как это – показывало? Что показывало?

- Слишком много вопросов, Дик! Возвращайся обратно. Узнай больше про этого Мигала. Главное, где именно он им попался. Это где-то на выходе из Львиной страны. Но где именно? Бродить по этой земле так просто невозможно. Только эти четверо способны спать в обнимку со львами.

-Как это – со львами? – вытаращился мальчик.

-Вот так. Они свободно пересекли Львиную страну и где-то там нашли этого человека. Все, Дик, с тебя довольно, ступай к королевичам.

-Да, сир, - мальчик  покинул кабинет. Он почти миновал приемную, как вспомнил, что не рассказал про найденную печать Шенгара и ключи. Дик повернул обратно.  Дверь в кабинет короля была приоткрыта. Паж собирался постучать, но его остановили слова советника.

- Сир, если Дик действительно тот, кто необходим четверым, может сохранить ему жизнь?

-Зачем? – прозвучал ледяной голос, мальчик застыл, держась за дверную ручку.

-Но если четверо действительно разругаются, как прежние и повернут друг на друга… Последствия будут ужасны. А если этот раб способен предотвратить подобное развитие событий…  Он не опасен нам и он верит Вам, сир.

-Да, верит. Пока малолетка. Но однажды ему захочется, что бы я сдержал свои обещания. Нет, Валл, как только четверо будут полностью моими, ты убьешь Дика.

-Как прикажите, сир.

- Кроме того, его мать была возлюбленной прежнего короля, прежде, чем стала моей рабыней. Ох, и дикой она была, - ухмыльнулся, вспоминая, король, - Не смотря на вразумления, трижды пыталась меня зарезать. Но потом затихла и подчинилась, как и прочие… Никто не смеет противостоять мне. Паршивка была не только хороша, но и умна, что бы ни идти против силы. Что же касается того, советник, что четверо могут рассориться, это уже твоя работа. Если ты внушишь им, что я единственный их государь и повелитель, то почему бы заодно не внушить – что они едины. Разве рука может воевать с ногой, а голова – с шеей? Это нелепо и невозможно? Понял?

 - Вы гений, сир!

-Сам знаю. Пока раб нам нужен, пусть живет. А дальше он станет помехой. Никто не посмеет ткнуть пальцем, что мой сын – раб и сын рабыни. Не важно, в прошлом или настоящем.

-Понял, сир.

Мальчику казалось, что от дверной ручки идет холод, раз за разом пронизывая его насквозь, пока не заледенело все.

Дик повернулся и пошел. Он услыхал уже достаточно, но постой он еще минут десять, то узнал бы то, что облегчило бы ему эту боль предательства.

Мальчик возвращался в поместье, больше ему некуда идти. Он не помнил, как его довезли до поместья, как он шел, как кому-то что-то говорил.

Ему, как раненому зверенышу, хотелось скорее добрести до укромного места и как-то справиться с тем, что сжимало сердце и вставало плотным комком в горле, не давая дышать.

Когда Дик вышел из покоев короля, там ещё продолжался разговор.

- А ведь Волчонок полностью отвечает требованиям легенды. Отец – король, мать – королева, – вдруг заметил Валл.

-Какая ещё королева? Кто? – нахмурился Шанг, - Когда я завоевывал Шенгар, у короля Ветеора никакой королевы не было. Постоянная любовница была, да и только, потом я сделал её своей рабыней.

-Все дело в том…- начал советник и замолчал, сообразив, что поведал совсем не то, что стоило бы.

-В чем, советник? Она была всего-навсего виконтессой и никак не могла стать королевой. Подобный мезальянс невозможен.

-Когда вы подходили к столице, король женился на своей любовнице и признал её королевой. Зная, что потерял уже все. А потом из глупой гордыни отказался бежать, осталась и его жена.

-Да, действительно, эта рабыня была умна. Она ни слова не сказала о том, что поменяла статус. И потому прожила подольше. Но откуда ты знаешь, что был заключен брак?

- Я был одним из свидетелей церемонии.

-Где метрическая книга?

-Сгорела во время штурма вместе с тем храмом.

- А свидетели свадьбы? Они живы?

-Не знаю, сир.

-Не знаешь, советник? Или?

-Не знаю, мой повелитель. Старый Шенгар рухнул и все забыто.

-Забыто, говоришь?  Постой – постой. Назови мне дату рождения Волчонка.

- Второй месяц лета, десятый день. Кажется, рабыня сказала так.

-Второй месяц лета? Ты умеешь считать, герцог?

-Да, сир, - растерялся Валл.

-Второй месяц лета… Второй месяц лета… - сильней и сильней раздражаясь, заметил король, затем выпалил – Этот щенок – не мой сын!

-Простите, сир. Не понял, - отступил советник от разгневанного короля, - Как не ваш? Рабыня ни с кем более не была, пока  не родила…

- И сколько месяцев было рожденному, если считать с момента захвата Шенгара?

- Вы правы, сир, - побелел советник, - Это не ваш сын. Почему же тогда не посчитали срок? Впрочем, рабыня долго прятала этого ребенка. Но это означает, что легенда полностью верна… Все – королевские дети, законные королевские дети.

-Легенда верна? – задохнулся король, - Я считал своим сына… сына…

- Короля Ветеора и королевы Эмили, - пролепетал герцог.

-Понимаешь, что ты только что сказал? Понимаешь? Это означает, что дик – принц Шенгара и более того, способен претендовать на корону, как законный наследник прежнего короля. Дошло до тебя?

-Да, сир. Но ведь никто, совсем никто об этом не знает.

-Ты уверен? Ты полностью уверен в этом? Вспомни всех, кто был на этой свадьбе. Найди и убей. И сегодня же прикончи щенка! Мне не нужны новоявленные претенденты.

-Сир, умоляю, подождите с Диком!

-Зачем, советник?  Что ты там крутишь?

- Нет, сир. Моя жизнь полностью связана с Вашей, Ваше Величество. Но ведь легенда верна, мой повелитель. А четверо уже один раз ссорились из-за какой-то чепухи. Волчонок со своим попугаем действительно часто не позволяет поругаться королевичам.

- Что значит – не позволяет? Что он может позволить или не позволить им?

- Не в том смысле, сир. Он разряжает обстановку, когда дело доходит до обид. Сир, пока он полезен нам. Никто не знает, что он полезен нам. Никто не знает, что он – наследник престола Шенгара. И никто не узнает этого. И убрать мы можем его в любой момент.

- Ты прав, Валл, - слегка остыл Шанг, - Если легенда говорит, что нужен пятый, пусть поживет пока. А станет опасен, или уже не нужен – его путь и так был предрешен. Действительно, за двенадцать лет никто не спохватился, что он – принц. Доказательств его законного рождения нет. И найди уцелевших свидетелей бракосочетания.

-Найду, сир. Раб, всего лишь раб, некому и нечем доказать обратного.

И король, и советник ошибались. Метрическая книга не сгорела, и свидетели были живы. И были те, кто присматривал за Диком, хотя пока не мог помочь.

Не смотря на драконовские законы и меры, страна не была такой уж забитой и задавленной до конца.

Любая пружина сжимается до какого-то предела.