Чистая, как родниковая слеза, капля медленно рождалась в лучах заходящего солнца. И вот, когда уже казалось, что солнце окончательно умерло в душных объятьях грязных осенних туч, последний красный луч этого дня чудом пробился между крышами и заиграл на нашей маленькой, новорожденной капельке, как играет тысячами граней бокал с шампанским, которое только что пригубила прекрасная незнакомка....
Насморк, бля, подумал Штирлиц и, смачно харкнув, утер рукавом сопли.