~ Искусительница // Пленница Любви «The Temptress» ~
[200x309] [200x317]

Кристиан Монтгомери Матисон и Тайнан- 1896

- Я сказал, чтобы вы возвращались в лагерь. И мне показалось, что вы слишком устали, чтобы куда-либо идти, и вам необходим отдых.
- Я солгала, - сказала она с улыбкой.
- И часто вы лжете, мисс Матисон?
- Не чаще, чем мои спутники по этой поездке, - сказала она, невинно моргая глазами. – Вы говорите мне правду, и тогда я говорю правду. Думаю это справедливо.
Он собирался что-то ответить, но передумал, повернулся к ней спиной и пошел обратно к лошади.
- Там есть тропинка. По ней вы можете добраться до тропы, которая приведет вас в лагерь.
Она поднялась с земли, расправила юбку и подобрала аптечку, которая во время падения оставалась у нее.
- На самом деле я искала вас, потому что хотела взглянуть на вашу спину.
- Мою – что?! – сказал он, поворачиваясь к ней с перекошенным от гнева лицом. – Послушайте, мисс Матисон, я не знаю, чего вы добиваетесь, но с меня уже достаточно. – Он двинулся на нее, размахивая перед собой скребком для лошадей, и Крис пришлось отступить. – Возможно, вы думаете, что я стану героем одного из ваших рассказов, но вам лучше оставить эту идею. Я был нанят вашим отцом, чтобы провести вас и Прескотта через этот лес и доставить к нему в дом. Я не соглашался на то, что вы будете меня повсюду преследовать, и вовсе не подозревал, что вы будете выскакивать на меня, в чем мать родила. При других обстоятельствах я бы поучаствовал в этом вашем развлечении, но в данной поездке у меня есть работа, и я планирую сделать ее независимо оттого, что вы будите предпринимать, пытаясь испытать мое терпение…

— Где вы росли? — быстро спросила она.
— Там, где люди не поют, — также быстро ответил он. — Вам нравится этот мужчина?
— Конечно. Вы же сами обратили мое внимание на то, какой он чудесный человек, не так ли? А еще — вы сказали, чтобы я держалась от вас подальше, поэтому надеюсь, что теперь вы мною довольны.
Он посмотрел так, как еще ни один мужчина не смотрел на нее раньше. Казалось, что его взгляд способен сжечь дотла.
— Я очень доволен вами.

— Тайнан! — закричала она, собрав все силы. — Тайнан! Тайнан! Тайнан!
Ее крик еще не затих, как он показался над ней, лег в грязь и протянул свои длинные руки, чтобы вытащить ее.
Она повисла на нем, как обезьянка на дереве, обвившись вокруг него всем телом, обняв его руками за шею и обхватив его талию ногами.
Он стал спускаться, разводя ветви, мешавшие проходить. Крис прижалась к нему, уткнувшись лицом ему в шею. Даже когда он пошел, она не отпускала его.
— Здесь, — наконец сказал он, снимая ее с себя. Когда он поставил ее на землю, она почувствовала, что ноги не держат ее. Они оба были вымазаны грязью с ног до головы.
— Присядьте туда и отдохните. — Он указал на камень за ее спиной, и она с благодарностью села.
Когда она посмотрела на Тая, на моросящий холодный дождь за его спиной, она поняла, что никогда в жизни не видела ничего более желанного. В безотчетном порыве она протянула к нему руки.
Он подошел к ней и сжал ее в объятиях так крепко, что она едва могла дышать.
— Я знал, что собирается дождь, — сказал он. — Я устанавливал палатки, когда вы ушли. Я думал, что у вас хватит ума вернуться, когда он начался. Боже мой, Крис, вы вгоните меня в гроб. Это просто чудо, что я нашел вас.
Крис была так счастлива, что находится в безопасности и что он здесь с ней, что стала неистово целовать его шею.
— Я знала, что вы найдете меня. Я знала это с того самого момента, когда земля начала уходить у меня из-под ног. Я едва успела осознать, что пошел дождь.
Тай с усилием снял ее руки со своей шеи — он выглядел как человек, превозмогающий сильную боль.
— Крис, — сказал он умоляющим голосом, — вы когда-нибудь видели, как плачет взрослый мужчина? Я имею в виду, по-настоящему плачет? Как двухлетний ребенок, которого очень обидели?
— Нет, и не думаю, что хотела бы такое увидеть. — Она снова потянулась к нему. — Тай!
Он взял ее руки в свои, удерживая их перед собой.
— Тогда прекратите это, — сказал он. — Пожалуйста, оставьте меня в покое. Не ходите за мной, не трогайте меня, не заботьтесь обо мне, не втирайте мазь мне в спину, не плачьте, когда я кричу на вас. Не делайте ничего. Умоляю вас, пожалуйста.
Крис приблизилась к нему:
— Для меня не имеет никакого значения, что вы были в тюрьме. Вы, может быть, думаете, что мы принадлежим к разным классам общества, но это неважно для меня. Тай, я думаю, что могу полюбить…
Он закрыл ей рот рукой:
— Не говорите этого. Никогда не говорите этого. Мне невыносимо это слышать. Мы знаем друг друга всего несколько дней, а еще через несколько дней мы больше никогда не увидим друг друга.
— Количество дней не имеет никакого значения.


– Я ненавижу этого человека! Абсолютно, полностью, со всей силой ненавижу этого человека. Я хочу, чтобы он вернулся в тюрьму и остался там навсегда. Я хотела бы думать, что он где-то гниет.
– Глядя на вас, я не могу сказать, что вы ненавидите его, – твердо сказал Эшер. – Мне кажется, вы только что использовали меня, чтобы возбудить его ревность.

С меня хватит хорош их девушек. Вы и Прескотт созданы друг для друга.

Однажды она делала репортаж о женщинах, работавших в ужасных условиях потогонной системы,
и когда выразила им свою симпатию и сочувствие, одна из женщин сказала: «Вам легко выражать свое сочувствие, потому что вы никогда не были и не окажетесь на нашем месте». Тогда это высказывание не произвело на нее большого впечатления, но теперь она начала понимать, что имела в виду та женщина. Очень легко судить и говорить, что бы ты сделал в такой ситуации, если с ней никогда не сталкивался.

Крис была уверена, что еще ни разу в жизни не чувствовала себя так отвратительно. Она почти завоевала доверие человека, который не очень часто доверял людям, а затем предала его. Она была ничем не лучше той девушки, которая предпочла увидеть Тайнана повешенным, чем сказать правду.

– Оставьте меня в покое, Крис, – сказал он. – Вы играете с моей жизнью, а мне это не нравится.

Он взял ее лицо в ладони и посмотрел на нее.
– Крис, – пробормотал он, – я никогда ничего не хотел в жизни так сильно, как сейчас хочу тебя. Это твоя последняя возможность сказать «нет», потому что дальше я уже не смогу себя сдержать.
Их носы соприкоснулись, поэтому она слегка повернула голову, чтобы поцеловать его.
– Да, – радостно сказала она. – Да, да и да! – Каждое слово она сопровождала поцелуем.
Тогда он улыбнулся теплой соблазнительной улыбкой, от которой у Крис начало покалывать кожу.

Она запустила пальцы в его темные волосы и притянула к себе голову, чтобы поцеловать его.
– Я люблю тебя, Тайнан, – сказала она, обнимая и целуя его. Она даже не удивилась, заметив, что на нем нет рубашки.

– Он хочет прожить всю жизнь с деньгами твоего отца.
– Так какая же тогда между вами разница? Ему нужны мои деньги, а вам нужно мое тело. Никому из вас, похоже, не нужна я сама. Позвольте вам сказать, мистер Тайнан, – она наступала на него, – я не уверена, что мне нужен хоть один из вас. И без сомнения, мне не нужно то, что предлагаете вы.

– Я считаю, что у мужчины должно быть нечто большее, чем просто красота и чудесный голос. А Тайнан, похоже, этим не обладает

Тайнан несколько раз моргнул, заколебался, потом взглянул на Самюэля, увидел, как тот кивнул ему. Тогда он посмотрел на Крис – впервые за все это время.
– Да, – сказал он, и гости зааплодировали.
Издав крик «Аллилуйя», Крис сорвала фату, швырнула ее Эшеру и побежала к Тайнану, продолжавшему сидеть на лошади. Он поймал ее за руку, посадил за собой и выехал из церкви под радостные крики, приветствия и выстрелы, раздававшиеся в знак ликования.