Мне осталось последнее: стоя в лет своих межени
Проявлять, если хочется, пусть у всех на виду
В ревматическом городе романтичность скольжения
Рук, заточенных письмами, по спине как по льду.
Мне осталось случайное: тельце девичье, легкое
Расцеловывать ласково, пока мир не продаст
Губы глупые публике. Мне осталось стать зоркостью
В злато-заревных комнатах зоревых ее глаз.
И тогда, когда скрутится в кнут пространство огромное,
Когда мы оборвемся здесь, упадем на бегу,
Не в себе -завершившемся, не в тоске и не в гомоне,
Я в стихах ее, смертную, навсегда сберегу.

Аль Квотион