Сегодня беспокойно. В прямоугольнике оконного проёма раненой чайкой бьётся прозрачная занавеска. Предчувствует надвигающиеся стаи злых северных ветров. Серые низкие облака быстро и неслышно скользят по небу, неутомимой нескончаемой чередой. Перун направляет свои грозные призрачные табуны на юг, подгоняя хлыстом молнии. Гнутся и стонут деревья. Падают первые крупные капли. Зябко трепещет намокшая ткань. Я бы закрыла ставни, но...

Вот бы и мне такой ветер, чтобы подхватил и унёс. Чтобы... Перестать принимать эти глупые тщательно взвешенные решения, и через два дня отрекаться от них. Не мучиться вечными сомнениями, не гадать по ромашкам и полёту птиц, не плакать в подушку, не улыбаться рассветам. И чтобы плыть по течению этого самого ветра, не думая ни о чём и не чувствуя ничего, у меня ведь так плохо получается думать и чувствовать... больно.

Ветер, ветер, вот же я, твоя Элли! Ну и что, что не Техас, зато Тотошка при мне. Не слышит.

Господин сказочник, может, вы слышите? Так нельзя ли вставить хоть один красивый поворот сюжета, неужели так сразу - и эпилог?

Ветер набирает силу. Где-то порвало провода и ноутбук работает от аккумулятора. Скоро экран погаснет и оставит меня наедине с вечерними сумерками, летящими тучами и ...  я бы закрыла ставни, но вдруг и она всё-таки улетит?