Румянец Востока. Завтрак
«…Очень хорошо, что ты зашел ко мне позавтракать! Мой руки и присаживайся. Очень хорошо. Я как раз собиралась приготовить греческий салат. Кофе или чай? Кофе. Кашу рисовую или добротный омлет? Кашу. Поехали!
Но, прежде, я надену белоснежный передничек и косыночку на голову. Говоришь, не стоит? А моя свекровь утверждает, что косыночку необходимо надевать, когда готовишь еду. Иначе волосы и иже с ними могут попасть на приготовляемое блюдо. Правда, я всегда думаю: с какой стати? Но, повинуюсь. Надо так надо. Ты ухмыляешься: может и паранджу у вас носят? Нет, как раз таки паранджу казашки не носили никогда…
И знаешь, почему? Потому что «моду» на женскую одежду делали не мужчины. Свободолюбивый степняк и рад был бы видеть вокруг себя слегка, скажем так, одетых женщин. Это нисколько ему не мешало бы, напротив, такая картина действительности была бы ему только на руку. «Моду» диктовала в казахских семьях СТАРШАЯ женщина в доме. Это могла быть свекровь, старшая золовка, байбише (старшая жена мужа). Именно она настаивала, чтобы молодая сноха носила дома платок, носочки и зимой и летом, длинную одежду и не оголяла запястья. И знаешь, почему? Чтобы не привлекать внимание в доме старших мужчин. Чтобы свекор, увидев перед ним сидящих жену и сноху, не имел возможности сравнивать их. Чтобы деверь (старший брат мужа) не был соблазнен молодостью и красотой новоиспеченной снохи. А ведь ты знаешь, что длинные волосы, красивые запястья и нежные щиколотки – это, скажем так, «сигнальные огни» чувственности. Спроси, зачем же взрослая женщина надевала кимешек (головной убор, который частично закрывал лицо и шею)? Это тоже женский секрет: стареющая женщина таким образом могла скрыть под этим одеянием появляющиеся морщинки вокруг глаз и на шее, пробивающуюся седину. В общем, все делалось для того, чтобы появившаяся в доме молодость, не могла украсть внимание мужчины.
А теперь, к завтраку! Взгляни, я включаю Бетховена, буду готовить под него.


Людвиг ван Бетховен - Ода Радости (ODE OF JOY)


А ты слушай и смотри.
Я беру огромное блюдо: ему триста лет. По краю он искусно разрисован арабской вязью и цветами. Из него ел сам хорезмский царь. Тебе повезло вдвойне: царь умер, ты жив. И, к тому же, ему подавала это блюдо наложница из гарема, а тебе сама Лола. Правда, выбор за тобой))) можно и наложницу. А на огне томится турка с кофе. Турка изумительна и очень старинная. Из него триста лет тому назад нежная тюрчанка разливала кофе своему господину. Теперь испробуешь и ты. В блюдо я нарезаю самые свежайшие овощи: помидоры тонкими ломтями, сок их течет поверх моих пальцев. Сверху кубиками нарезаю мясо подкопченной птицы, чувствуешь аромат? Немного подолью масла оливкового – пусть пропитается. Добавляю кубиками огурчики, поверх них обильную стружку твердого сыра. Он перышками ложится на блюдо, покрывает его, будто белый пушок первого снега. Черные оливки, нарезанные мной на четвертинки, занимают свое достойное место по краям блюда и посерединке. А теперь: пряности и зелень. Мелкие листочки базилика украсят салат в нескольких местах. А ароматный, только что измельченный черный перец, придаст блюду пикантный вкус. Салат готов, сэр. Приятного аппетита! Прежде съешь рисовую кашу: в твоем нежном возрасте это необходимо. А салат ешь непременно с хлебом: углеводы зарядят тебя энергией. Кофе…налью тебе кофе.
ООО! Бетховен, определенно, дурно на меня влияет! Смотри, что мне захотелось вдруг сделать! Я скидываю с себя платочек и передничек, приближаюсь к тебе, и обнимаю за шею. Не смущайся, от дружеских объятий еще никто не умирал))). Но, взгляни на себя в зеркало: что произошло с тобой? У тебя на щечках появился румянец! Румянец Востока…Как он тебе к лицу! Ты восхитительно выглядишь…неотразимо. Не потеряй его, когда уйдешь отсюда. Не растеряй…
Ты пойдешь дальше продолжать свою жизнь, а я вымою за тобой посуду, выпью кофе и буду слушать Шопена. Местами, даже подыгрывать ему на фортепиано. Обожаю Шопена. А ты? Говорят, в определенном возрасте, человеку необходимо слушать его. Помогает взглянуть на себя изнутри, послушать себя...»

Автор: ЛОЛА