После операции в Венесуэле президент США Дональд Трамп вернулся к одной из своих самых резонансных идей - присоединению Гренландии. На этот раз он перешел от громких заявлений к конкретным шагам: делегация во главе с государственным секретарем Марко Рубио начала переговоры с Данией, губернатора Луизианы Джеффа Лэндри назначили специальным посланником по этому направлению, а против европейских стран, отказавшихся поддержать США, были введены пошлины.

Зачем Дональду Трампу понадобился арктический остров, какие сценарии он рассматривает и чем эта история может обернуться для Европейского союза (ЕС) и России?

Сейчас Дональд Трамп сейчас стремится добиться как можно большего количества успехов, в том числе во внешней политике. Это напрямую связано с промежуточными выборами, которые пройдут осенью.

Эти успехи должны обеспечить Республиканской партии победу, на которую рассчитывают в администрации. Однако существует и риск поражения, в таком случае у Трампа резко сократится пространство для маневра на международной арене, в том числе и для реализации этой идеи.



Вид на город Нуук, Гренландия, 18 января 2026 года

Каковы цели президента США?

Трампа, безусловно, воодушевил успех операции в Венесуэле и захват президента Николаса Мадуро. Он воспринял эту операцию как крупный успех. Она не привела к масштабным боям и затяжной гражданской войне, а завершилась быстрой и убедительной победой Соединенных Штатов.

В этих условиях Трамп стремится реализовать как можно больше внешнеполитических задач.

Ключевая цель обозначена предельно ясно: контроль над Западным полушарием. Гренландия географически относится именно к нему. Кроме того, приобретение Гренландии решает и вопросы безопасности США. Тот самый «Золотой купол», о котором говорит Трамп, будет работать значительно эффективнее, если элементы противоракетной обороны разместить на острове.

Напомним, «Золотой купол» - проект многоуровневой системы противоракетной обороны, предназначенной для защиты материковой части США от баллистических, гиперзвуковых и крылатых ракет. Идея была впервые озвучена президентом Дональдом Трампом в январе 2025 года. По оценке Бюджетного управления Конгресса, реализация проекта займет около 20 лет, его стоимость превысит 500 миллиардов долларов.

Поэтому Соединенные Штаты хотят взять Гренландию под свой контроль. Минимальный вариант, на который Трамп готов пойти, - формальная независимость острова при одновременном заключении большого пакета соглашений с США - от оборонных до инвестиционных.

Однако более вероятно, что Дональд Трамп будет настаивать на переходе Гренландии под полный суверенитет США.

Это обеспечивает долгосрочный контроль над регионом. Трамп понимает, что его политический капитал не бесконечен, и ему важно зафиксировать результат здесь и сейчас. Будущие президенты пересмотреть соглашения смогут, а территориальное приобретение - нет: Гренландия останется в составе США, даже когда он покинет пост президента.

Не стоит забывать и о главной внешнеполитической цели Трампа - противостоянии с Китаем. Для этого США необходимо сохранить статус сверхдержавы как минимум в Западном полушарии.


Президент США Дональд Трамп в Белом доме, Вашингтон, США, 15 января 2026 года

Чем привлекательна Гренландия для США?

Гренландия расположена между США и Россией, поэтому стратегически важна в военном плане. С конца Второй мировой войны на территории острова находится самая северная американская военная база Питуффик (прошлое название - Туле), где расположена радиолокационная станция, позволяющая США следить за запуском баллистических ракет. Также база обеспечивает космическое наблюдение и управление спутниками. На территории базы дислоцированы 200 американских военных.

Помимо радиолокационной станции, на острове сосредоточены значительные запасы природных ресурсов. На острове уже разведаны месторождения 43 из 50 элементов, которые необходимы для развития современной электроники и военной техники и которые власти США определили как «критически важные» для национальной безопасности.

В мире многие из этих элементов сейчас добываются преимущественно Китаем, поэтому разработка месторождений в Гренландии, запасы которой могут оказаться одними из самых крупных в мире, позволит европейским странам или Америке подорвать монополию КНР и снизить зависимость от нее.

Таяние льда вокруг Гренландии также создает предпосылки для развития судоходства в Арктике. Логистические пути через Северный полюс могут стать альтернативой Суэцкому каналу и позволят почти в два раза сократить маршрут из Западной Европы в Восточную Азию.

Разработка Россией мощностей Северного морского пути и ее совместная работа с Китаем, направленная на налаживание судоходства между Россией и КНР в обход западных санкций, вызывают серьезные опасения США. «Есть Россия, которая пытается стать королем Арктики, более чем с 60 ледоколами, часть из которых атомные. У нас их два, и один только что загорелся. Речь идет о том, что по мере отступления полярных ледяных шапок китайцы теперь строят ледоколы и продвигаются туда», - объяснял в январе заинтересованность Америки в покупке Гренландии тогдашний советник президента США по нацбезопасности Майк Уолтц.



«Гренландия нужна нам для национальной безопасности. Если вы взглянете на Гренландию, вы увидите вдоль и поперек побережья повсюду российские и китайские корабли. Мы должны это сделать», - заявил Трамп.

Личная идея

Захват Гренландии - личная инициатива президента. Ее не обсуждали ни избиратели, ни политический истеблишмент. Вопрос контроля над Гренландией возник исключительно потому, что Трамп начал на нем настаивать. Он говорил о присоединении Гренландии еще в первый срок, но тогда к этому отнеслись как к эксцентричному заявлению. Сейчас Трамп гораздо меньше ограничен и считает возможным реализовать эту идею.

Он контролирует президентскую власть, Конгресс и в значительной степени судебную систему. Поэтому, если даже демократы попытаются ограничить применение Вооруженных сил США для присоединения Гренландии через законодательные инструменты, принять жесткий антитрамповский закон при республиканском контроле над Конгрессом будет крайне сложно.

Кроме того, Трамп понимает, что Европейский союз не способен оказать ему реального сопротивления. При этом он работает не только на свой личный бренд, но и на сохранение власти республиканцев. Он хочет, чтобы партия победила на промежуточных выборах и его безраздельная власть продолжила существовать. А в перспективе он рассчитывает передать ее своему преемнику - вице-президенту Джей Ди Вэнсу.

Опыт Венесуэлы показал: Трамп готов и будет действовать самостоятельно, как он хочет, не запрашивая формального одобрения законодателей. Внутри США управы на него не найдется.


Датские военнослужащие в порту Нуука, Гренландия, 18 января 2026 года

Изменит ли гренландский вопрос отношения США с европейскими союзниками?

Для отношений с Евросоюзом эта история может стать настоящим водоразделом. Но не потому, что европейцы внезапно решат сопротивляться американскому курсу, - ресурсов для этого у них по-прежнему нет и не будет. Это окончательно подорвет ту линию, которую европейские политики избрали для взаимодействия с Трампом.

Их стратегия строилась на сочетании «умасливания» и попыток затянуть обсуждение и реализацию его инициатив. Европейцы подписали невыгодное торговое соглашение и в целом действовали в русле политики США, чтобы Соединенные Штаты не уходили из Европы и не дистанцировались от разрешения украинского кризиса.

Теперь провал этой стратегии стал очевидным.

Но баланс внутри НАТО принципиально не изменится. США остаются ведущей, системообразующей силой, остальные - проводниками их воли. Даже попытки отдельных стран действовать автономно, той же «коалиции желающих», не будут противоречить американским интересам.

Ни одна из стран НАТО не готова к открытому конфликту с США. Поэтому они будут продавливать свои решения, а у ЕС нет ресурсов для сопротивления.

Трамп не считает европейский союз серьезной структурой, полагая, что в какой-то момент из-за него США потеряют доступ к региону, потому что европейцы будут выстраивать экономические связи с Китаем. Прямой контроль США над Гренландией снимает эти риски: никто не сможет посягнуть ни на природные богатства Гренландии, ни на арктические торговые пути.

Позиция и интересы России

Российско-американский диалог останется на прежнем уровне. Россия не станет активно противодействовать попыткам США установить контроль над Гренландией - это не затрагивает ее прямых интересов.

При этом разлад между США и Европейским союзом может быть для России в чем-то выгоден. В европейских странах могут осознать, что бесконечно полагаться на Соединенные Штаты рискованно, и это со временем откроет пространство для диалога с Россией.


Протестующие с флагом Гренландии на демонстрации против политики президента США Дональда Трампа. Нуук, Гренландия, 17 января 2026 года

Сценарии развития ситуации

Все зависит от формата, в котором США получат контроль над островом.

Возможны три варианта:

1. новый штат США;
2. неинкорпорированная территория по типу Пуэрто-Рико или Американских Виргинских островов;
3. формально независимое государство с фактической зависимостью от США.

Маловероятно, что Дональд Трамп потеряет интерес к теме - несмотря на подверженность к переменам настроения, он прежде всего бизнесмен. Расширение американского контроля для противостояния Китаю - задача стратегическая, и она не исчезнет сама собой.

В случае присоединения Гренландии США получат много преимуществ. Это станет мощным символом американского внешнеполитического могущества.

Для всего мира это будет сигналом: при Дональде Трампе США могут позволить себе буквально все, что угодно.

Это, в свою очередь, может оказать разлагающее влияние на будущих президентов: «Если Трампу удалось присоединить Гренландию, то почему следующему президенту не попытаться сделать то же самое, например, с Исландией?»

Кроме того, присоединение острова окончательно пресечет попытки Китая закрепиться на этой территории. Еще в 2019 году китайская компания China Communications Construction Company (CCCC) подавала заявки на строительство двух аэропортов в Гренландии, что могло дать Китаю контроль над частью инфраструктуры острова. Теперь же США получат не только престиж и доступ к ресурсам, но и более плотный военный контроль над Западным полушарием и торговыми путями в Арктике.

США видят в присоединении Гренландии в основном преимущества, репутационные издержки для них вторичны - на первом месте сила, которой они обладают и которую готовы демонстрировать.

Вид на город Нуук, Гренландия, 15 января 2026 года

В мире к США будут относиться с большим уважением - и одновременно с большим страхом. Как писал Никколо Макиавелли, страх - более эффективная эмоция, чем любовь.

Страны Латинской Америки, вероятно, прекратят сопротивление американскому давлению. Государства Ближнего Востока и Азии, где хорошо понимают, что мировой порядок строится на силе, будут уважать Дональда Трампа еще больше. Китай же окончательно убедится, что противостояние с Соединенными Штатами неизбежно - их не останавливают никакие ограничения, а значит, Китаю придется действовать осторожнее.

Для Европейского союза эта ситуация станет крайне неприятной, но им придется смириться. Трамп исходит из того, что ЕС списан со счетов. А если европейцы считают себя союзниками США, они должны действовать так, как это считают нужным в Белом доме.

Присоединение Гренландии станет беспрецедентным событием - одним из самых ярких эпизодов в современной мировой политике.

Это будет означать фактическое переписывание правил и станет водоразделом в международных отношениях. Вполне возможно, что именно эта история войдет в число ключевых событий президентства Дональда Трампа, несмотря на то, что впереди у его администрации еще несколько лет.

Он войдет в историю как президент, при котором США максимально расширили свою территорию (на 2 166 086 квадратных километров). Сопоставимое по площади расширение произошло в далеком 1803 году, когда была заключена сделка по покупке Французской Луизианы (2 144 476 квадратных километров).

США, присоединив Гренландию, станут второй страной в мире по площади (после России), обойдя Китай и Канаду. Это поставит Трампа в один ряд с величайшими американскими лидерами прошлого и выгодно выделит среди современных президентов. Это, конечно, особенно важно для Трампа: не получил Нобелевскую премию мира, зато расширил территорию страны.