Да, это было смешно.

Мы, говорит, из-за вашей красоты не совсем поняли,  в чём, собственно, была драма 

Ну, этот вопрос вполне имеет право быть, ибо даже предъявляемый нам портрет-гравюра самого Сирано не вызывает никакого ужаса, отвращения, отторжения. По крайней мере, ничего и близко к тому, что обычно наклеивают на исполнителей этой роли.

И к этой же теме о носе. Мнение моё таково, что как бы режиссер ни пытался подчеркнуть тему гражданской позиции Сирано (а делает он это не по своей прихоти - ведь всё оно так и есть в самой пьесе!), но. Но... Как бы вы ни выкручивали эту тему - хоть и выкрутили далеко не на максимум - всё равно в голове, в душе, в сердце остаётся лишь любовная линия. Всё прочее отлетает, как приклеенный бутафорский нос.

"Любимая, я должен умереть..."

"Но почему же всё как есть

Вы рассказали мне сегодня?"

И даже во время просмотра думаешь "ну блин, ну это-то тут зачем?" Вроде смотришь про любовь, а тут начинается...

Ведь заканчивается-то спектакль не разговором с Роксаной, а уходом Сирано - в борьбе с ветряными мельницами, в пылу стихов и звона шпаг (ужас, как Ч. качается, как он справляется с таким количеством железа, мне всегда страшно, что однажды он упадёт). И нет никаких прощаний, лобызаний, он не умирает у неё на руках.

"Я надпись сочинил на собственной могиле..."

Кому-то после спектакля хочется бежать, жить, творить, гореть. А мне вот - застрелиться.