Меня уже отпустило (после вина и неживописных слёз-соплей-слюней), но оставлю всё так, как было написано утром, ещё на работе
— Не реви.
Это ты ревешь или я реву?
— Я реву.
— А я не реву.
— Ну и не реви.
Сегодня день траура. И завтра тоже.
Сдаётся мне, это было преступление века. Которое должно преследоваться по закону. Как жестокое обращение с детьми. А ЭТО было мегажоско и мегажестоко – вот так в четвёртый раз публично, на глазах у всего мира, обнести ребёнка заслуженной наградой. А Бене для меня – кроме всего прочего, ещё и ребёнок, хоть и старше меня. И пусть малышу давно уже не 5 и даже не 15 йуных лет и внешне он «вполне себе здоровый лось»©, но Я вижу ребёнка. Обманутого, несправедливо обиженного ребёнка.
Любимого. Заслужившего(!), ЧЁРТ ВАС ДЕРИ, пицот ваших долбаных бафт!!!!
Нет и не было у меня никогда материнского инстинкта, но ЭТО выносит. Когда любимый ребёнок смотрит полными слёз глазами, не понимая, ЗА ЧТО?!?... За что с ним – Так? Он же всё сделал правильно!
Это бесчеловечно. Невыносимая жестокость. И даже не знаешь, как его теперь утешить. А это problem. Это трудно, это тяжело. Ни к сердцу прижать, ни по головке погладить руки коротки. Да и конфетка не подоспела ещё - жаль всё-таки, что девочки не успели с книжкой до сего дня, отложив всё до дня рождения. Сейчас она пришлась бы очень, ОЧЕНЬ кстати. Но спасибо Bless – умудрилась лично в руки Богоподобному вручить то, что успели сотворить. Это фантастика. Надеюсь, подсластили ложку дёгтя, которую акадэмики без всякой бочки мёда снова ему прописали. Только не плачь, а то я тоже буду. А я на работе, мне ещё весь день лицо держать.
А ещё я ненавижу слово «будет». "Да у него ещё ого-го сколько этих бафт будет!". Это сколько вы ещё предлагаете подождать? Ещё лет 30, чтобы - потом, по совокупности? Ему не 25 лет, и это не первая номинация. Четыре раза «прокатили» – тут волей-неволей начнёшь сомневаться в своей профпригодности.
Человек живёт не вчера и не завтра, а сегодня. И именно сегодня она была необходима Бене, чтобы де юри укрепиться в статусе, в котором он уже давно пребывает де факто.