Это случилось сразу после расставания с Олей. Тогда я думал, что уже никто не сможет мне сделать больнее. Но была ещё одна девушка, о которой я постарался забыть, но никак не могу вычеркнуть из своей биографии.

Мы нашли друг друга в сети. Её ник – Анна Моль. Взрослая интересная девушка, как выяснилось при встрече очень обаятельная и красивая. Она работала на мосфильме и даже снималась в каком-то супер популярном сериале, типа «Другая жизнь». Мы долго переписывались, прежде чем встретиться. Она была в курсе моей ситуации с Ольгой и всячески меня поддерживала, говорила: «Будь сильнее, я хочу гордиться тобой!»

Где-то на 108 сообщении я предложил ей встречу. Ну не то чтобы лично ей… в то время мне были не нужны серьезные отношения, и поэтому спамом рассылал приглашения всем своим знакомым девушкам. Один раз пришли сразу 8 человек!!! Но об этом позже.

Так вот на этой встрече мы были втроем. Инна (моя пациентка), Анна и Я. Это было настоящее шоу! С первого взгляда с Анной мы поняли друг друга. Возникла искра, которую надо было прятать от Инны. Флюиды заполняли всё пространство, от её запаха я сходил с ума. Вот тогда-то я и полюбил СHANEL CHANCE на чужой шее.

Нас ужасно влекло друг к другу. Я вытащил её на танцпол, где мы стали неудержимо и бесстыдно целоваться.  Но Ольга всё ещё не уходила из моей головы. Анна говорит: «Я чувствую как тебе больно, я помогу тебе». Мы сели за стол. Она нежно командует: «Дай свою руку!» Я протягиваю. Она задирает мой рукав, берет со стола нож для бифштексов и медленно проводит острием от сгиба локтя до запястья. Ни царапинки! Я ощущаю возбуждающий холод металла и сжимаю кулак. Она вдавливает нож в мою руку, я чувстую каждый зубчик лезвия ножа. Она смотрит мне в глаза: «Забудь об Оле» и делает резкий рывок  и глубокий надрез. Нож оказывается хорошо заточен, кровь бежит тонкой струей. Она довольна и слегка испугана. Говорит: «Ещё никогда и никого я не резала», хотя в это трудно поверить. Я отвечаю: «Ещё никто и никогда не делал такого со мной». Она слизывает мою кровь как березовый сок. Ощущения нереальные. Инна упорно пытается не замечать происходящего. Я запихиваю целую пачку бумажных салфеток под рукав, и мы снова идем на танцпол.

Ночевать я остался у Инны. Кровь не останавливалась всю ночь. Утром я показал ей свою руку, и попросил её сходить в аптеку за бинтами и медицинским клеем БФ. (Однажды мою собаку порвала другая псина и нам пришлось её буквально склеивать этим клеем, ничего – выжила. Теперь моя очередь.) Инна, как истинная блондинка, такая вся из себя утонченная, брезгливая и не переносит крови. Пока я заклеивал свой шрам и делал себе перевязку, выслушал много комментариев в стиле Ренаты Литвиновой по поводу моего вчерашнего поведения.

Я спал с ней из-за денег, был в моей жизни такой косяк. Тяжелые были времена. При первой нашей встрече Инна незаметно положила мне 800 баксов в карман. Я так прифигел и не знал, что ответить. Ещё ни одна девушка со мной себя так не вела: «Я просто хочу тебе помочь, мне ничего от тебя не надо!» Деньги мне были очень нужны, и я каждую ночь болтал с ней до 3 утра, потом она благополучно засыпала. Первое время я наивно думал: «Как всё супер! Одна моя консультация так много стоит и ей «ничего не надо». А потом мне срочно понадобилась реально крупная сумма денег. Я сказал ей об этом. А она мне в ответ:  «Пора уже переходить от теории к практике!» И я, сука такая, сделал это. Как я был себе противен в тот момент…  На следующий день я уехал в Тверь, удалил все её контакты и мы никогда больше не встречались.

Через пару недель я приехал в Москву на конференцию по политическим PR технологиям. Всё круто и пафосно обставлено, именитые докладчики – кремлевские закулисные PR технологи, единороссовцы и НАШИсты. Тогда я активно ударился в молодежную политику, стоял у истоков самого движения НАШИ. Так вот, я весь такой «на понтах» и снова в Москве. Звоню Анне Моль, чтобы договориться о встрече, а в трубке слышу еле различимый голос: «Пожалуйста, не звони мне больше…» Я – «Что?» Она повторяет шепотом – «Не звони мне больше!» Третьего раза я не стал дожидаться, положил трубку.

Светило весеннее солнце, вороны спорхнули с берез, глубокое синее небо.
Я умер в сто первый раз.

P.S. Об этом я никогда не говорил даже самым близким своим друзьям. Ни Инны, ни Анны Моль официально не было в моей жизни. О происхождении остальных 32 шрамов на моём теле вы узнаете позже. Если я не умру завтра.