полночи от полуночи отрежь
семь сотен раз отмерив
снова мимо
исчеркан воздух
горек и несвеж
царапинами смазанного грима
потеками заплаканных ресниц
изломами качающейся ветки
коротким всплеском мыслей
глупых птиц
как сердце
снова рвущихся из клетки

* * *

осень сырыми пальцами гладит меня по лысине
мордою в руки тычется
мокрой до невозможности
а на душе волнение будто оклад повысили
сердце колотит радостно словно подняли в должности
в темном и гулком черепе
сильно пугая прыткостью
мысли доныне плавные снова шустрят и мечутся
доктор мне молвит ласково
шприц наполняя жидкостью
все до зимы поправится
все до зимы залечится

* * *

шизофрения
как форма старения глупых тел
раздвоение личности как любимое кредо
мысль занозою в темени
что ж ты хотел
столько лет подряд всего только недо...
...делал ...любил ...сказал ...ласкал ...ждал-
ся ... сорок прочих глаголов пунктирной линией
к черту музыку
скучен до стона бал
что ж осталось милая
небо
синее...

* * *

нас ночь душила багровым ядом
шато-бриана
ты все шептала мне
нет не надо
хмельно и пьяно
ломались ногти на жестких гранях
твоих застежек
а ты просила меня не ранить
волшебных ножек
нам так хотелось большой и жгучей
которой мало
но были простыни злы
колючи
чужим крахмалом
и ты уехала с мрачным принцем
уездных винниц
а я остался…
горьки гостинцы
пустых гостиниц

* * *

в краю вчерашних новостей
я жгу табак и жду гостей
из всех задуманных частей
застряв на эпилоге
где платят водкой за постой
в объятьях памяти пустой
где псом безродным дым густой
свернулся на пороге...

* * *

заучить тебя по строкам
ямкам
родинкам
морщинкам
по ресницам и по вздохам
по причинам и причинкам
чтоб сжимая ночь как бритву
сон стряхнув дурной и гадкий
как заклятье
как молитву
повторять тебя украдкой

* * *

не зная ни страху ни срама
на самый истрепаный грин
сидит с харей кришниной рама
не думайте что маргарин
и воет с блаженную рожей
то оммм подзатянет то хуммм
услышит случайный прохожий
и мысли приходят на ум
про всякие largo и presto
как формы расчетов с душой
про вкусное некогда тесто
что кислою стало лапшой...

* * *

пеппи длинный чулок на коленях протертый и грязный
перештопанный наспех неровной суровою ниткой
с голубыми глазами и речью смешной и несвязной
и кольцом укатившемся в ванной с расколотой плиткой
где-то твой капитан у какого далекого края
что-то скажет вернувшись когда о потере узнает
что ж за сука судьба если счастье подарит играя
и за ниточку дернув сейчас же его отбирает...

* * *

как славно обманувшись снова
что одиночество не вечно
вполне пристойную сонату
мазуркой пошлой обломать
и спотыкаясь такт за тактом
в неровной поступи сердечной
шаги своей неверной тени
за командора принимать
и верить в то что время лечит
и думать что любовь крылата
и крылья эти раз за разом
сжигать на пламени свечи
и долго корчиться и злиться
от боли бешенства и мата
за полвершка от пониманья
непонимания причин

* * *

раздать долги
набаловавшись всласть
запить густую кровь попутным ветром
измерить обезумевшую страсть
зашкалившим от страха амперметром
и закусив от радости губу
обняв недоуменных домочадцев
раскланяться
и вылететь в трубу
и больше никогда не возвращаться