Синь Цицзи. "Строфы любви" (фрагменты)

Ночью ветер подул с востока,
И хлопушки вдруг в небе синем,
Словно сад, расцвели, и поблекли,
И рассыпались звездным ливнем.

Ароматами пряными веет,
И повсюду в бурлящем потоке —
Люди, кони, коляски резные...
Слышен голос флейты далекий.

А часы водяные капелью
Уж весеннее время считают.
«Пляска рыбок» и «Танец дракона»
Ни на миг до утра не стихают.

Мимо девушка промелькнула,
Прозвенел ее смех безмятежный,
Да сверкнуло шитье золотое,
Ароматом повеяло нежным.

До утра средь толпы бродил я,
Только девушки этой не встретил.
Вдруг — увидел ее На балконе,
В фонаря догорающем свете.

* * *

Здесь в том году под стрехою
Ласточки обитали.
Женские комнаты дома
В то лето не пустовали.

Ласточки глину носили
С тропки, поросшей цветами.
Глина на лютне и книгах —
След с той поры оставлен.

Лето вернулось снова,
Ласточки вновь под крышей.
Некому только ныне
Пение их услышать.

Нет уже той, что на окнах
Шторы с утра поднимала...
Сумерки пали на землю,
Дождь без конца, без начала.

* * *

Пробудились цветы,
Все в слезинках росы.
В это раннее утро
Цветам не до сна,
Тихо шепчут о чем-то
И ропщут они,
Недовольные тем,
Что уходит весна.

И неведомо им,
Что на том же дворе,
В гуще зелени — роза,
Юна и нежна.
Ею были похищены
Чары весны,
И в тени до поры
Притаилась она.

Нет, не в ярком наряде
Вся прелесть ее,
Чистота, непорочность
Сильней красоты.
Даже ивовый пух
Не притронется к ней,
Опадая,
Ее не коснутся цветы.

Как из матовой яшмы
Ее лепестки,
И росинки на них
Ровным светом горят,
Словно после купания
Вышла Ян Фэй
И с собой принесла
Теплых струй аромат.

* * *

Весь пылью покрылся дорожной,
Но так же далек я от цели.
Под вечер
Пал иней на ели
И веет
Осеннею прелью.

В разлуке все кажется грустным.
Бреду я в раздумье уныло.
Усну —
Вижу комнаты милой,
Проснусь —
И опять все как было.

Темнеет на западе небо,
Закат на нем — желтым узором.
И вдаль
Устремляюсь я взором,
Но там
Только тучи да горы.

Как волны, в груди моей слезы,
Не знаю, как жить мне на свете!
Пусть слезы
И жалобы эти
Несет к тебе
Западный ветер.

* * *

Сколько раз, покидая дом,
Отправлялась она в полет!
В край, где скалы, поросшие мхом,
Устремляются в небосвод.

Вот и снова вернулась сюда,
Под стрехой поселилась опять.
Кто же он, хозяин гнезда,
Зиму с кем пришлось коротать?

Говорят, —
И я верить готов, —
Будто феникс,
Птиц властелин,
Разделил с этой ласточкой кров
Среди круч и горных стремнин.

* * *

Лишь только ты посмотришь на нее —
И грусть твоя исчезнет без следа.
Заговорит — смешинка на устах:
Она не унывает никогда.
В компании ее задорный смех
Рождает чувство вешнее у всех.

Насупит брови, собираясь петь, —
И все же улыбается слегка.
С лица напрасно силится прогнать
Улыбку, поднимая свой бокал.
Но хмурится она иль весела —
Ей все к лицу, она равно мила.

* * *

Укрываюсь как можно теплей,
Но без пользы тепло одеял.
Все равно я заснуть не могу —
Ночь холодная, долгая ночь.

Я смеялся над теми не раз,
Кто в разлуке с любимой страдал.
А теперь участь их разделил,
И никто мне не в силах помочь.

Сам страдаю в разлуке теперь
И кляну свой печальный удел,
Но обиду в душе на нее
Я не слишком большую таю.

Хоть и счастливы были мы с ней,
Но всему свой бывает предел!..
Счастье — пир: хмель пройдет у гостей —
И покинут обитель твою.

* * *

Чудесны персик на ветру и слива
В уборе многокрасочном ветвей.
Но только мне по нраву больше ива —
Она милей их нежностью своей.

Мы музыкантов призовем и с ними
Здесь, на приволье, будем пировать.
Печали наши как рукою снимет,
К чему печалиться и горевать!

Пока на небе тучи не маячат,
Утехи ночи мы продлим сейчас.
Дожди вот-вот пойдут, и это значит —
Прощай весна! Она покинет нас.

А со стола нам убирать не стоит,
Хаос и блюд и чарок — не беда.
Мы вечером опять продлим застолье
И отдадим похмелью нашу дань.

P.S. Последнее - вообще супер, не правда ли ;).