- А знаешь - что? - сказал Господь.
- Что? - сказал Иоанн.
- Когда всё это наконец кончится, мы устроим что-нибудь грандиозное! - воскликнул Господь.
- Что Ты имеешь в виду под "всё это"? - спросил Иоанн.
- Всё и имею в виду. Всю эту суматоху и шумиху, знаешь. Мир. Вселенную.
- А. - сказал Иоанн, не меняясь в лице.
- Знаешь, мы соберём всех-всех. Живых, мёртвых, евреев, не евреев, даже эскимосов. Всех. И там будет большой такой стол с закусками... Ты любишь морепродукты? В общем, понадобится какой-нибудь большой зверь. Воот. Выйдет из моря и мы его зажарим.
- Угу.
- И там будет саксофонист. Такой парень, знаешь, с трубой, самый лучший. И он на ней будет играть, очень красиво. Мне всегда нравятся трубы. И ещё будет фейрверк. Это я сам устрою. Знаешь, настоящий фейрверк. Какая-нибудь звезда, они всё равно больше не понадобятся... И ещё, я уже договорился, будет шоу. Знаешь, для маленьких. Тут такая группа есть, четыре парня, они устраивают представление такое, и всё в седле. Детям нравятся лошади, и знаю. И лошадям дети... И там будут укротители, знаешь, со львами, и дети смогут погладить живого льва, и всякие другие животные... А потом мы устроим вручение призов, знаешь, какие-нибудь мелочи и медали, только их получат все-все-все, просто каждый! Я сам буду судить и вручать! - сказал Бог.
- Вот оно что.
- Ладно, - сказал Господь, - что-то я разоткровенничался. Я надеюсь, ты понимаешь, что это вечеринка-сюрприз.
- Я буду нем как рыба. - сказал Иоанн.
"Конечно он всё растреплет," думал Господь, удаляясь, "хорошо, что я не рассказал ему про воздушные шарики, мороженое и так далее... И что все дети смогут покататься на слоне..."