Разговор по телефону:
– Алло, алло, пожарна? Срочно приезжайте – горим.
– Адрес?
– Герцль 34, квартира 12.
– Герцль? Это где?
– Та навпротив шука.
– Напротив чего?
– Та шука! Ви шо, на шукє не були?
– Говорите конкретно. Какой это район?
– Та Ромема ж! Горить. Хватит там расспрашивать, приезжайте, а потом я вам все расскажу.
– Но куда? Адрес?

– Так я ж сказала: Герцль (шоб он сгорел!), 34.
– Как туда ехать?
– Та шо там ехать. Пешком можно пройти. Это ж в центре. Давайте срочно.
– Как к вам проехать?
– Та нам всі автобуси ходять.
– Мы не знаем, где это. Это что, новый район?
– Та який там новый! Такий большой дом, полно мароканців.
– Каких еще марокканцев?
– Та мароканских. Ви шо, мароканців не бачили? Чорние такие, у трусах. Златая цепь на дубе том. Кричать все время.
– А, грузины?
– Та яки там в біса грузины? Мароканци! Ну музика у них такая занудливая – дрин–дрин.
– А, казахи?
– Та идить ви с вашими шуточками. Нашли время. Вы приедете или нет?
– Но мы не знаем такой улицы.
– Ну едете по Яффо, сворачиваете налево – и ось вам Герцль.
– По Яффо?
– Ну а як же іще? Яффо це ж центральна улица, её всі знають.
– Вы откуда звоните?
– Та из дому ж и звоню. Горить все.
– Говорите конкретно, как к вам проехать!
– Та я ж сказала: по Яффо и налево. Вам любой скажет. Вы шо, про Герцля не слышали? Ну с бородой, обещав всем счастливую жизнь.
– Маркс, что ли?
– Та який там Маркс? Ви добалакаетеся, шо все сгорить. Ви єдете чи не?
– Проспект Маркса, 34? Здесь никакого пожара нет.
– Засуньте вашего Маркса себе в пожарну машину. Я говорю – Герцль, а вони мене Маркса тычуть. Та на біса нам тут здався ваш Маркс! Нам свого Герцля хватає. Спасите! Пожар!
– Подождите. Мы подняли в воздух пожарные вертолеты. Нигде никаких следов дыма не обнаружено.
– Та шо ви там, осліпли! У нас весь дом в диму.
– Женщина, вы вообще трезвая?
– Ну випила, а шо нізя? У нас тут водка по шесть пятьдесят – пей не хочу.
– Это где же вы нашли водку за шесть пятьдесят?
– Та у нас в маколете.
– Где?
– Ну в лавке. Я пошла за водой, такая жара, дай думаю захвачу бутылку "Голдочки". Може, до мене хтось прийде, може, я кудись пойду. Ничего водка. Хоть и жара стоїть, а пить можно.
– Погодите, какая жара?
– Та градусов шісдесят, мабуть, я ж не меряла.
– Чего? Да на улице дождь проливной идет.
– Та шо ви такое говорите? Раньше Рош а–Шана дождя не будет.
– Раньше чего?
– Та Рош а–Шана. Новый год. Через месяц.
– Как через месяц? Еще полгода до Нового года.
– Так то по–нашому. А по–їхньому, по–жидовському вже новый год!
– Погодите, вы куда звоните?
– Та у пожарную ж!
– Какого района?
– Та скоко вам раз повторять – Герцля, шоб его на том свете в костре варили, как он нас сюда заманил.
– Куда?
– Та куды ж? Сюди!
– Вы из какого города звоните?
– Та с Єрусалиму, шоб он сгорел.
– А чего ж вы в Киев звоните?
– А куди же мені звонить, як они тута человечеського языка не понимають. Так вы им позвоните и по–своему, по–пожарному объясните. Горить!