С детства меня беспокоит один опасный, неискоренимый, и вместе с тем необходимый факт. Практически все люди при построении речи, стремясь либо заинтриговать собеседника, либо выпросить поддержки или сочувствия, либо желая привлечь его внимание, используют преувеличения и даже искажают подробности, например, приукрашая их.
Тогда, более десяти лет назад, этот факт меня страшно злил и оскорблял. Я избегал общения с людьми, использующими преувеличения. Сам же всегда старался описывать увиденное точно, передавать услышанное слово в слово, не пытаясь усилить впечатления слушающего. Однако с годами выяснилось. что умение подгонять действительное под желаемое просто необходима, поэтому им владеет каждый современный человек. Всё бы ничего, однако это умение трансформируется в навязчивую идею; человек, стремясь сделать передаваемую информацию незабываемой, совершенно автоматически искажает её. В отдельных случаях это начинает наносить вред самому человеку – в случае, если этап "украшения" фактов проявляется даже при сборе им информации. Тогда человек воспринимает события и качества преувеличенно, не в силах отделить правду от собственной лжи.
Контролировать эту проблему тяжёло; бороться – затруднительно; победить – невозможно. Ведь иногда она действительно незаменима, а повествования без неё потеряли бы своё звучание. Единственным, весьма полезным со всех сторон решением становится умение слушателя выделять неискаженную истину из домыслов, не воспринимать услышанное буквально, не использовать непроверенную информацию (по возможности проверять самостоятельно). Я же, повествуя о чём-либо, обычно, заканчивая речь, мысленно проверяю правдивость собственных слов и при необходимости, во-первых, корректирую переданные данные, а во-вторых, уведомляю слушателя о причине их неточности. Последнее особенно важно – после этих слов слушатель незамедлительно начинает так же неосознанно, "автоматически" проверять услышанное, сопоставляя с имеющимися знаниями. Если только, разумеется, подобные объяснения не становятся надоедливой привычкой, как, например, у нашего преподавателя по основам программирования Смолянского. Практически после каждого предложения он ненадолго задумывается, с сокрушённой миной добавляет: "Гаразд, вибачте, я, можливо, некоректно висловився… точніше було б сказати так:" и вносит изменения в собственную фразу. Далее, после каждого десятка таких повторов он растерянно объясняет: "Щось ніяк я сьогодні не включуся в роботу". Однако, наше отношение к собственным повторяющимся ошибкам – тема следующей мысли.