Это цитата сообщения Prozorovsky Оригинальное сообщение

Крым пока еще не окончательно наш

Дмитрий Ольшанский 02.09.2015 в программе Радио РСН "Без вопросов":

М. АНДРЕЕВА: Поздравляя сограждан с 70-й годовщиной окончания Второй мировой войны, Порошенко призвал весь мир выступить единым фронтом против России. Для кого это заявление? На кого оно рассчитано, с Вашей точки зрения? Почему он сделал его именно сейчас?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Это – обычная риторика украинских властей сейчас, и она для них совершенно правильная. Потому что большая часть мира выступает против России, кроме некоторых стран третьего мира, которые точат зуб на Америку по тем или иным причинам. Но страны Запада, в основном, и их союзники выступают более или менее единым фронтом против России. И понятно, почему это происходит, и почему Россия хорошо подходит на роль зла, а Украина – на роль повода для конфронтации. Потому что никому ведь не выгодно наше усиление, наше приращение землёй, людьми, активами. И никому не выгодна ситуация, при которой мы начинаем возвращать себе какую-то часть той силы, которая была у Российской Империи и Советского Союза. Существование Украины – это один из ключевых моментов для сдерживания России в узде. То есть это такой камень, которым для нас завален один из ключевых проходов. Понятно, что Украина в её советских границах контролирует и Чёрное море, и подходы к нашему Приднестровью, и газовый транзит. Там можно НАТОвские базы делать в двух шагах от нашей Брянской и Белгородской области. То есть по массе разных направлений – военных, торговых, сельскохозяйственных – она держит важные вещи. Очень много сил было вложено в крупную советскую промышленность, сначала дореволюционную, потом уже советскую, которая пока остаётся в руках Украины. Это всё – очень важная концентрация ресурсов, которая не должна попасть в руки России, потому что Российская Федерация, которая соединяет вместе с собой Белоруссию и Новороссию, – это уже не РФ, это уже настоящая историческая Россия, большая, сильная и опасная. Это уже конкурент, это никому не надо. Поэтому мало того, что нельзя этого допустить, но лучше бы, конечно, даже то, что есть сейчас, как-то пощипать и пооткусывать.

М. АНДРЕЕВА: Я думаю, как долго российская риторика может адекватно восприниматься людьми?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Сколько угодно. Она очень хороша, потому что она традиционна. Я говорю сейчас про Запад.

М. АНДРЕЕВА: А я про жителей Украины говорю.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Понимаете, они же разные. Там есть большое количество людей, которым это никогда не надоест, потому что это – универсальный ключ к обоснованию независимости страны и вообще национальной идентичности. Нам всё время объясняют наши телеведущие и официальные кремлёвские пропагандисты, что мы – единый народ, единая страна, должны быть вместе со всей Украиной, она должна быть пророссийской, антифашистской. Это всё – ложь; хотя бы потому, что если Украина пророссийская, то в ней нет никакого смысла. Весь смысл – в существовании независимой Украины. Люди должны задать себе вопрос: почему мы должны жить отдельно? Почему мы – какая-то другая нация и другая страна? Просто потому, что какой-нибудь Кравчук, Кучма или Порошенко хотят пилить ресурсы отдельно от Москвы? Но так ведь не скажешь, поэтому нужно что-то другое. Значит, «москали» плохие, естественно. Только так они могут обосновать свою независимость.

М. АНДРЕЕВА: Национальную идентичность.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Нужно оттолкнуться от чего-то. Поэтому любая Украина, пока она является отдельной страной, конечно, будет против нас. Она против нас была и при Януковиче, на самом-то деле. Просто там не было этой истерии, размахивания оружием. Там было тихо. И если сейчас на место нынешней власти Киева придёт какая-то более умеренная, а это, наверное, будет, то истерика прекратится, но всё равно, пока существует украинское государство, оно будет против нас. И поэтому наша задача заключается не в том, чтобы оно было пророссийским, а в том, чтобы минимизировать его мощь. Чтобы как можно больше ключевых активов в разном смысле слова принадлежало нам, а не им.

М. АНДРЕЕВА: Помните, когда всё только начиналось, этот Майдан и его последствия, говорили, что Порошенко долго не протянет, и предрекали ему достаточно быструю смену. Но он держится всё ещё.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Нет, это тоже всё чепуха, выдумки. Я читаю очень много о том, что сейчас будет какой-то новый Майдан, кинут какую-то гранату. Это всё чепуха. Я читаю вообще много украинских людей, выражающих общественное мнение в Киеве. И я вижу, что почти все они за Порошенко. Он представляет собой такой бюрократический умеренный мейнстрим новой власти, вокруг которого скоординированы чиновники, силовые органы, отношения с Америкой, с Евросоюзом. А против него там довольно маргинальные группы, типа «Партии Свободы». Вот активист этой партии и кинул в Киеве эту гранату. Но что такое «Партия Свободы»? Она была создана кругами, близкими к Януковичу при старом режиме. У них была идея о том, что, поскольку Юля в тюрьме, они Кличко не пустят на выборы, и в качестве спарринг-партнёра Януковича поставят Тягнибока, чтобы у людей был выбор: либо они голосуют за Януковича, либо будет какая-то бандеровская страшила. Но это же перебор? Перебор. Тогда будет Янукович. Вот для этого и раздувалась «Партия Свободы». Как только произошёл Майдан, всё это сдулось, они не прошли даже в Парламент. Есть Ярош со своими «правосеками», который тоже страшно «раздут» нашим телевизором.

М. АНДРЕЕВА: Помните, говорили, что ячейки «Правого сектора» везде и всюду?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Это всё чушь. Просто это стало таким брендом, которым стало модно жонглировать, как в сталинской России был бренд «троцкизм». Хотя многие из этих людей вообще ни о каком троцкизме не слышали и не знали. Сейчас это – «фашисты», «правосеки». Сейчас это всё имеет 1-2% популярности. Это – маргинальные группы, из чего совершенно не следует, что мейнстрим хорош. Они потому и маргинальные, что все их идеи гораздо в более профессиональном мейнстримном виде представляет сам Порошенко, сам Турчинов, Аваков. Они просто не нужны, потому что зачем эти клоуны, когда есть серьёзные силы, которые, в общем, то же самое делают, но более сдержанно и на государственном уровне. Маргиналы просто дублируют то, что всерьёз делает власть, поэтому никто никакого Порошенко в нынешней ситуации не свергнет. Более того, он очень хорошо лавирует между Путиным, Америкой, Евросоюзом.

М. АНДРЕЕВА: Вы упомянули Юлию Тимошенко. Ей-то какая роль отведена? Не слышно её, не видно.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Тимошенко в прошлом году объяснили, что не надо, и она отошла на задний план. Она ждёт каких-то больших трудностей у нынешней власти. Конечно, она надеется вернуться.

М. АНДРЕЕВА: Она хочет на место Яценюка, я так понимаю?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Она просто хочет власти в самом разном формате. Но я не уверен в том, что она преуспеет. Потому что тот истеблишмент, который есть в Киеве, её не любит. Они считают, что она жульничает. Они сыты ей по горло. Она будет пытаться, она сильный, пассионарный человек. Но я сомневаюсь, что у неё получится.

М. АНДРЕЕВА: А что ей делать, с другой стороны?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Она амбициозный человек, но она ждёт своего часа. Но я не уверен в том, что ей повезёт.

М. АНДРЕЕВА: Кстати, говорили, что Игорь Коломойский что-то спонсировал во время этих беспорядков.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Он всячески старается, но к нему тоже очень скептическое отношение в Киеве. Он действует там, как Березовский, но на более серьёзной основе. Коломойский для них – более серьёзная фигура. Но он – авантюрист, манипулятор, к которому там отношение тоже не очень хорошее. Они понимают, что он очень циничный игрок, что доверять ему нельзя. И мы видим, что когда его отправили в отставку, из этого не произошло никакого бунта. Опять-таки все поддержали Порошенко.

М. АНДРЕЕВА: «Порошенко уберут, но не так быстро», – пишет слушатель. - «Ничего себе, «раздутый телевизором бренд»! Людей 2 мая поубивали, шашлычки такие миленькие устроили. Вы что?».
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Сразу видно, что люди пересмотрели телевизор. На самом деле совершенно понятно, что это разные вещи. «Правый сектор» – это, грубо говоря, такая праворадикальная группа, в которую входят тысячи людей, похожих на футбольных фанатов. А 2 мая было другое. Там было сборище проукраинских боевиков, подростков и так далее, которые действовали не по принципам «Правого сектора». Там были откуда-то привезённые фанаты.

М. АНДРЕЕВА: На Украине проходит заседание Совета Безопасности, приходят срочные сообщения. Расширен перечень санкций против России, утверждён новый проект редакции военной доктрины. Перечень санкций расширили сегодня в Евросоюзе. Это касается персоналий, людей из ДНР, ЛНР. По какой причине? Нам уже как-то и не объясняют.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Потому что Россия не уходит из Донбасса. Логика очень простая: глобальные санкции против России действуют до тех пор, пока она не уходит из Донбасса. Санкции против высших чиновников России действуют до тех пор, пока Россия не уходит из Крыма. Если она продолжает там оставаться, то они потихоньку расширяют санкции.

М. АНДРЕЕВА: Вопрос Крыма ведь снят уже, он перестал обсуждаться даже.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Нет, не снят. Это пропаганда может так объяснять.

М. АНДРЕЕВА: Конечно же, Крым никто не отдаст, это все понимают.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Давайте не будем забегать вперёд.

М. АНДРЕЕВА: Это уже будет самоубийством практически.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Крым никто не отдаст, пока есть президент Путин, который принял решение о его присоединении. Это во-первых. А во-вторых, мы не знаем, что будет дальше. Что касается санкций, они связаны с Крымом в том числе. Крым никто забывать не собирается, счёт по нему обязательно будет предъявлен к оплате.

М. АНДРЕЕВА: Помните, даже говорили о втором возможном референдуме? Чуть ли не от Обамы это прозвучало.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Нет, ничего подобного Обама не говорил. Это были вбросы. Никто не будет это официально предлагать, это невозможно.
Насчёт Крыма никто не забыл, счета предъявлены, и будут новые счета. Я думаю, что впереди обязательно будут иски от Украины в международных судах по поводу финансовых компенсаций.

М. АНДРЕЕВА: Они что-то подобное уже подавали. И даже если суды будут и мы отдадим деньги, получится, что мы его купим. И потом невозможно будет поставить вопрос о возврате.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Нет, это репарации, это не покупка. То есть выгнать из Крыма – это раз, вменить репарации за то, что на него покусились – это два. Это разные вещи.

М. АНДРЕЕВА: Это штраф, получается.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Да. Счёт будет расти, санкции будут расти тоже. Те санкции, которые сейчас есть – они за Донбасс. А если Россия уйдёт из Донбасса, тогда начнутся разговоры про Крым.

М. АНДРЕЕВА: Оставим пока Украину. Приходят вопросы про Китай, про газовое соглашение и сотрудничество. Путин туда уехал, он примет участие в параде, в торжествах, посвящённых 70-летию победы во Второй мировой войне. Там планируется встреча, подписание ряда договоров, в том числе и двусторонние встречи с президентами Венесуэлы, Лаоса, Чехии.
Каково Ваше мнение на этот счёт?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Это манипуляция. Это такая история, которая показывает, что «мы с вами дружить не будем, будем дружить с Китаем». Конечно, это чепуха. Потому что у нас не может быть никакой дружбы с Китаем.

М. АНДРЕЕВА: Давайте по-другому это назовём: сотрудничество, общие цели.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Китайцы гораздо сильнее нас, и они нам ничего хорошего давать не будут. Там по газу уже контракт, в котором нет суммы, насколько я понимаю. Цифры скрыты. Там суть, по-моему, в том, что китайцы сказали, что они не будут вкладывать деньги в газопровод, который будет к ним идти. То есть сначала вложите деньги, постройте, а потом мы у вас, наверное, купим газ. Там какая-то безрадостная история, поэтому она сразу стала скрываться от публики.

М. АНДРЕЕВА: Но коммерческие контракты, по правилам, вообще не раскрываются.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Почему? Мы же всё время видим новости о том, что Украина хочет газ по такой-то цене – нет, Россия даст по такой-то. Цифры всё время называются. А с Китаем цифры не назывались, потому что он не хочет покупать наш газ за интересующую нас сумму.

М. АНДРЕЕВА: "Кто допускает сдачу Крыма на словах, тот готов сдать его на деле", – пишет слушатель.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Телевизор пересмотрели люди.

М. АНДРЕЕВА: А почему одни попадают под его влияние, а другие – нет?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Это просто склонность людей к очень простым позициям: «есть мы, а есть они», «мы хорошие, а они плохие», «у нас всё будет прекрасно, а у них ужасно».

М. АНДРЕЕВА: То есть в нашем телевизоре не хватает критики нас?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Я не хочу даже обсуждать телевизор, потому что это какой-то гнойник.

М. АНДРЕЕВА: Надо обсуждать, чтобы менять.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Просто надо уметь думать самому.

М. АНДРЕЕВА: А информацию откуда черпать?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Конечно, из интернета. Там есть разные источники, и ты должен их сравнивать. Но в данном случае просто понятно, что одним из проявлений пропаганды является запрет на сомнения в том, что всё прекрасно. То есть пропаганда не просто противопоставляет нам врага, который плох во всём, а мы хороши, но она также обязывает думать, что мы обязательно ещё и победим во всех отношениях. Это разные вещи. На самом деле, нужно во всём сомневаться, оценивать всё нужно многослойно.

М. АНДРЕЕВА: «Кто тогда настоящий союзник России? Или таких нет?» – спрашивает слушатель.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Я не верю ни в каких союзников, никто никого не любит. Поэтому это всё чепуха. Нет никаких братских народов, это всё мифы. Нужно иметь элиту в стране, которая является тебе союзником.

М. АНДРЕЕВА: Меня удивляет, что у Депардье появилось немало последователей. Я имею в виду, что он тогда попросил российское гражданство и получил его. А вот теперь на днях солист Limp Bizkit хочет получить российское гражданство. До этого – Рой Джонс, известный боксёр. Зачем им наше гражданство?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Это довольно легко. Был, например, такой эффект в истории футбола. И я помню, что были такие страны, куда знаменитые футболисты уезжали играть в возрасте лет 40, это было в 70-е годы. Они уезжали играть в Японию и Америку. Ни там, ни там не было какой-то своей выдающейся футбольной школы. И я так понимаю, что её и нет. Но такие люди, как Пеле, ехали туда играть. И это то же самое.

М. АНДРЕЕВА: Отставники, Вы хотите сказать?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Не то чтобы отставники. Просто, например, вы чем-то занимаетесь и понимаете, что ваши возможности ограничены, вы не можете развернуться, вам нужно соблюдать строгий порядок вашего мира, к тому же на вас ещё и давят – может, вы пьёте или на руку не чисты. И вот тут выясняется, что есть какая-то страна, где полно денег, где на вас смотрят как на знаменитость, вам всё организуют, устроят и так далее, где вами готовы размахивать, как флагом. Понятно, что в мире на разных уровнях есть масса людей, начиная от Шрёдера и Берлускони и заканчивая Депардье, которые любят использовать возможности нашей огромной страны и понимают, что они востребованы в роли иностранцев. Они хотят это использовать в своё удовольствие. В Советском Союзе идейный компонент был сильнее, потому что там был коммунизм. Поэтому, как правило, там в этой роли выступали люди очень чётко идеологического склада. А здесь это размылось, потому что у нас не идеологическая страна в этом смысле. Если есть какой-то известный человек, который готов за определённую сумму...

М. АНДРЕЕВА: Вы думаете, им оплачивают это?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Конечно.

М. АНДРЕЕВА: Депардье вот честно признался, что он из-за налогов.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Не обязательно деньгами оплачивают. Но им создают те условия, которых никогда не будет у них дома, на Западе, потому что там много ограничений разного рода.

М. АНДРЕЕВА: Но Вас это не радует?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Это, как правило, совершенно не те люди, которых бы мне хотелось тут видеть. В Америке сейчас баллотируется на пост президента Дональд Трамп. Это очень смешной персонаж, потому что это тоже такой типичный друг России, миллиардер, который снимается в кино, делает клоунские заявления. Если он проиграет эти выборы, я не удивлюсь, если он всплывёт где-то здесь.

М. АНДРЕЕВА: Ему-то это зачем? У него всё есть – и возможности, и деньги.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Он просто может разозлиться, обидеться на Америку за то, что его «оттёрли» от власти, и поехать в Россию, будет строить здесь какой-нибудь Trump Tower.

М. АНДРЕЕВА: Пусть строит, у него есть деньги, он хороший инвестор.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Это – одно из очень дурных свойств России, наше заискивание перед иностранцами.

М. АНДРЕЕВА: Это гостеприимство, русская душа.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Нет, это «интуристовщина», я это не люблю.

М. АНДРЕЕВА: Эдуард Лимонов вчера здесь говорил о том, что он бы агитировал школьников и пенсионеров. Он считает, что именно эти две категории – очень крутые люди, потому что у первых эмоции и ярость, а вторым уже нечего терять, они много знают, у них есть опыт. А на кого бы Вы у нас в России сделали ставку? Кто, по-Вашему, сегодня активные люди?

Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Хозяева. Люди, которые смогли что-то сделать без государства.
М. АНДРЕЕВА: Бизнесмены?

Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Не просто бизнесмены. Они бывают разными. Бывают корпорации, которые завязаны с олигархией, бывают спекулянты. А я имею в виду именно хозяев, то есть людей, которые пришли на руины какой-то фабрики, колхоза и сделали из этого конфетку. Настоящие собственники чего-то, какого-то куска нашей жизни. Я бы на них делал ставку. Я думаю, что в России всё пойдёт хорошо тогда, когда власть будет формироваться не закрытым классом бюрократии, который живёт отдельно, а именно самоуправлением людей, которым что-то принадлежит – магазины, фабрики, рестораны, заправки. Это и есть путь всего цивилизованного мира. Их самоуправление и должно представлять власть.

М. АНДРЕЕВА: Постоянно говорят о полномочиях президентов. Насколько они, с Вашей точки зрения, велики?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: В России – огромные. Они больше, чем полномочия генсека КПСС или даже царя, потому что и царь, и генсек были связаны определёнными сословными и другими рамками. Сейчас этого нет. У нас вообще сейчас нет каких-то групп населения, которые перед верховной властью обладают самодостаточными правами, как аристократия в Российской Империи. Аристократы, офицеры были людьми с неотчуждаемыми правами. И эту роль в Советском Союзе в каком-то смысле играла партия, особенно после Сталина. И Хрущёв, и Брежнев были ограничены партийным слоем. КПСС же это не «Единая Россия», она была намного сильнее. А сейчас полномочия огромные. Полномочия президента в России ограничены нежеланием системы делать что-либо полезное, то есть просто сопротивлением материала. Путин может раздавать инструкции, но реально никто ничего делать не будет.

М. АНДРЕЕВА: А почему наказывать нельзя?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Потому что тогда нужно перестать опираться на бюрократию. Она не заинтересована ни в какой полезной деятельности, только в воровстве. И она ограничена только скандалом, пожаром, бунтом – любым ЧП, которое выводит её на первые полосы газет и экранов. Если этого нет, то бюрократия ни в чём не заинтересована.

Серия сообщений "Дмитрий Ольшанский":

Часть 1 - Всё постсоветское время Россия содержит "друзей" и бывших "братьев" по СССР
Часть 2 - "Крымская весна" - это муляж кремлевских пропагандонов
...
Часть 10 - В России проблема в том, что непонятно, чья это страна и кто в ней живёт
Часть 11 - Госкорпорации - это машинки для перекачивания государственных денег в частные карманы
Часть 12 - Крым пока еще не окончательно наш