Из осыпающихся бумаг,
из древних волшебных книг.
Выходят двое. Выходит маг,
и я, его ученик.

Мы долго шагали по Ойкумене. Когда выводили крыс, когда истолковывали знаменья за мясо и за кумыс, когда ловили тупую нежить, когда вызывали дождь, когда помогали ловить и вешать, когда исцеляли лошадь...
Мой маг - скрывающийся шаман, ведун и колдун, ведьмак, а я - такой же, факир, шептун, - не мастер, а просто так. Ему, наверное, двадцать пять, по-нашему он - старик, а мне пятнадцать, и я стрелять умею. Но не привык.

Однажды вышло - вошли в село, и пыль отерев с лица, Учитель молвил: "Я чую зло. Опасного подлеца". Я тоже принюхался, но не мог пока что учуять зла. Зато почувствовал дым и смог. Поземка его несла тайком из города.

Площадь, где собрался большой совет. Толпа беснующихся людей, мелькание, крики, свет.
"Пойдем, послушаем" - молвил он и сделал старинный знак. Знак называется "Авалон". Никто, никогда, никак теперь не мог обнаружить нас. Послушаем. Подойдем.

А там на площади кат как раз прочней прибивал гвоздём кого-то к вибрирующей стене судилища. Все кричат. И факелы, факелы. Всё в огне. Стенания, крики, чад.

"- Послушайте! - пыжится Голова, размахивая мечом. - Ну, да, опрометчивые слова, но женщина ни при чем. Какая ведьма, о чем вы все, не слушайте вы попа! Ведь так же можно буквально всех! Ну, заячия губа, ну эта родинка на щеке, ну глаз... Непонятный глаз... Но о несчастном ростовщике мог вякнуть любой из вас: "Да чтоб ты сдох". Да, я знаю, да, о мертвых нехорошо. Но испустил он последний вздох - зарезанный. И ножом. Так что же ведьма? Ну что она? И где тут ее вина?"

А ведьму корчит. Ее стена практически не видна от люда.
Мучается, кричит, распятая на доске, нагая, будто вот-вот - почит. Всей жизни - на волоске.

И люди кричали, срывая в хрип крестьянские голоса, пока горбатый седой старик не выговорил: "В леса. Изгоним ведьму, и пусть она уходит за Данциг-Ляй, туда, где Истина не видна".

И маг повелел - стреляй.

Я снял с плеча деревянный лук. Стрела, тетива, рука. Я сердцем чувствовал сердца стук. Я целился в старика.

"Да нет, - усмехнулся мой Маг. - И ты неправильно выбрал цель. Ты думаешь, правильно будет так?.. А ну-ка еще нацель".

Я взял другую свою стрелу, пристроил на тетиву. Вслепую, словно бы по теплу, прицелился в Голову.

"И снова мимо..." - поправил он.
По женщине у стены.

Я выстрелил.
Тихий, последний стон.

***

- Убитая без вины? - спросил я Мага, когда мы с ним уходили за Данциг-Ляй.
- Да нет... Ты что это, стал раним?
- Пожалуйста, объясняй.
- А ты подумай и все поймешь. О будущем и о ней. Она же ведьма, а не умрешь - так станешь еще сильней. Ее прогнали на много лет, за порчу и ведовство. Пойдет Зима, и на их земле не станет ни одного живого, целого, кто не бит, имеющего пятак. И даже если она простит, - все будет примерно так. А тут и дети, и старики, и многие не со зла... Так пусть же магию по-людски уносит твоя стрела.

***

Из осыпающихся бумаг,
из древних волшебных книг.
Уходят двое. Уходит маг,
и я, его ученик.

(с)sir_archet