И так, моя история начинается в небольшом городке, где, в общем-то все было тихо и спокойно, летом грело солнце, поднимаясь над холмами, цепью протянувшимися вокруг него, было тепло, в небе реяли ласточки, шелестели деревья, как бы переговариваясь друг с другом, огромные тополя тянули свои вершины к голубому небу. Осенью листья опадали с деревьев, слякоть на улицах, дожди, если они шли, были либо «грибными», либо шли по нескольку дней, заливая все вокруг. Именно с этого тихого, но такого милого мне каждым своим закоулком и деревцем города все и началось… Вдоль улицы шагали три друга, смех не смолкал, кто-о из них периодически хватался за живот, хохача останавливался, не в силах идти.
-эй, Валера, ну может хватит уже, мы все-таки взрослые уже, что о нас могут подумать?!
- да пофиг, пускай че хотят то и думают, мне веселооо!!!
Да, я забыл представиться, я — Валера, вернее Валера это я, так меня зовут, так меня назвал мой отец, не спросив никого, просто, придя из паспортного с бумажкой в руке, с порога заявил
– Вот теперь настоящий Валера!
Его у меня звали Валентином, он умер, когда мне было три года, немногое я помню о нем, да и, скорее всего все, что я знаю, нарисовано моим воображением, либо рассказано мамой, он для меня вроде кумира; он погиб, защищая друга, пусть по пьянее, пусть друг оказался сволочью, но погиб ужасной смертью, никем не доказанной, никем не рассмотренной, в отделении милиции, пойдя выручать друга. На следующее утро позвали мою маму и бабушку, что бы забрать из вытрезвителя отца и ,пока они ждали в приемной, что-то произошло… Приехала скорая, люди начали суетиться, что-то случилось, родители ничего этого не видели. Позже, уже труп, уехал мой отец в больницу, тело в синяках, на шее следы от веревки и царапины.. Его там избивали зверски: три раза ударили в лоб милицейской дубинкой, как сказал врач, нормальный человек может выдержать только один такой удар, дальше, видимо, папа потерял сознание. Уроды испугались, начали думать, что сделать, решили подстроить все под самоубийство, принесли веревку, сделали петлю, отец был еще жив… На шее остались следы ногтей, он старался освободиться, но было уже поздно…
Он был поваром, занимался спортом. От него мне остались дембельский фотоальбом, очки, библиотека книг, и чемодан грамот по атлетике, занявшим первые вторые и третья места. Я желаю такую же смерть, какой закончил мой отец…
Я рос, познавал мир, умнел. Встречал друзей, за каждого из них я готов умереть, именно это я воспитал в себе с детства; я не люблю себя, просто не могу любить, порой я могу невозможное, видеть то, что может произойти, но никак не изменить, этого мне не дано. Возможно, все это лишь игра моего воображения, но я это могу. Еще мне дано видеть душу человека, подсознательно ощущать её, нужно только взглянуть в глаза, и я могу сделать вывод о том, какой человек….