Обо мне:
Ни один нормальный человек не станет тюленю совать визитную карточку. * это о чем вам говорит? Правильно, или я тюлень, или я ненормальный *
©  Харуки Мураками. Праздник тюленя

О жизни:
Слава победителю. Довольна собой? Крылья при ходьбе не мешают? * О_о да нет. вроде *
© Анна Гавальда. Просто вместе.

О будущем:
— Я буду у себя в кабинете. Наедине с самим собой. В интернете появилось куча новой порнографии, а сама по себе она скачиваться не может. * О_О да, вы правы...инет ждет меня *
© Доктор Хаус

О врагах:
Подросток в городе легальных наркотиков и рейва. Вряд ли он в библиотеке. * кхм, я уже боюсь *
© Трасса 60

О друзьях:
Лейтенант Гудвин засунул руки в карманы и стал глубокомысленно покачиваться с носков на пятки. — Мир, — начал он мрачно и глубокомысленно, — полон сумасшедших. Никогда не забывайте об этом, Кули. Самых разнообразных шизофреников и маньяков… * :D Друзья, вы слышали это? *
© Стивен Кинг. Газонокосильщик

Кредо:
А правду – как ее скажу, если даже Мое Имя невыразимо на твоем языке? Сатаною назвал Меня ты, и Я принимаю эту кличку, как принял бы и всякую другую: пусть Я – Сатана. Но Мое истинное имя звучит совсем иначе, совсем иначе! Оно звучит необыкновенно, и Я никак не могу втиснуть его в твое узкое ухо, не разодрав его вместе с твоими мозгами: пусть Я – Сатана, и только. * мама! Омен наступает *
© Леонид Андреев. Дневник Сатаны

Отношения:
Под ними матрас — свидетель тех немногих отношений, которые между ними еще остались. * да... *мрачно* *
© Помни обо мне (Ricordati di me)

О любви:
Так как в музыке отсутствует непосредственно познаваемое, одни ищут в ней формально прекрасное, другие — поэтические прообразы. Даже Шопенгауэр, давший исчерпывающее определение сущности музыки и высказавший удивительную мысль: “Композитор обнажает сокровеннейшую суть мира и высказывает глубочайшую истину, пользуясь языком, неподвластным разуму, он начинает блуждать, пытаясь перевести на язык наших понятий особенности языка, неподвластного разуму, подобно тому, как магнетическая сомнамбула рассуждает о вещах, о которых, бодрствуя, она не имеет ни малейшего понятия”. Хотя композитору должно было бы быть ясно, что перевод на язык наших понятий, на язык человека, — это абстракция, редукция до познаваемого, утрата самого главного — языка мира, который должен оставаться непонятым, должен лишь ощущаться. Ho Шопенгауэр правомерен в своих поисках, его цель как философа представить сущность мира, его необозримое богатство посредством понятий, за которыми слишком легко просматривается их нищета. Так же прав и Вагнер, который, желая дать среднему человеку представление о том, что он как музыкант видит непосредственно, подставлял программы под симфонии Бетховена. * тссс, это будет наш маленький секрет. Любовь штука странная *
© Арнольд Шёнберг