Князь Владимир Святославович сидел в стольном Киеве и размышлял - одни его люди костры Перуну зажигают, другие Аллаху молятся, иные и вовсе в иудеи подались. Со времен его бабки - княгини Ольги, истовой христианки - много появилось на Руси и христиан, даже в княжеской дружине воины крестились, причем самые дисциплинированные. Единства же не было, а значит, и сильного Киева тоже.

 

Между тем в то же время, когда князь Владимир озаботился выбором единой веры для своего народа, он вел переговоры о заключении важного для Руси союза с Царьградом (Константинополем). Условием поставил руку и сердце царевны Анны, сестры византийских императоров Василия и Константина, ведь нет крепче уз, чем семейные. «Не отдадите девицу за меня, гореть Царьграду в пламени!» - откровенно заявил не ведавший отказов князь. Императоры были вынуждены согласиться, однако и свое условие осмелились поставить: «Недостойно христианке идти за язычника. Крестись и получишь невесту!» Владимир ответил согласием: «Теперь я увидел Бога истинного!»

 

Союз с Царьградом Русь заключила в 987, князь Владимир принял православие в том же году - не терпелось, видно, сыграть свадьбу с византийской принцессой. Крещение прошло не в Киеве, как принято думать, а в Корсуне - городе, который принадлежал Византии и который Владимир захватил для острастки императоров. Его же он и подарил братьям в качестве традиционного выкупа за невесту. При этом премудрый князь оговорил, что будет владеть им пополам с женою: теперь же у него с Анной все общее. И имя при крещение себе взял - Василий, тем самым провозгласив себя преемником императора Византии - Василия II..

Вернувшись в Киев уже христианином, к тому же женатым на христианке, князь первым делом освободил от супружеских обязанностей своих прежних жен и крестил сыновей. Киев очистили от языческих идолов, статую Перуна подвергли публичному осквернению - былое божество били палками, а потом утопили. Многие горожане рыдали при этом навзрыд. Греческие священники, которых молодожены привезли с собой, вели разъяснительную работу, но язычники поддавались проповедям с трудом.

Первого августа 988 года князь приказал всем некрещеным - и стар, и млад - явиться на берег Днепра. Новгород удалось окрестить «огнем и мечом» лишь два года спустя, Ростов и Муром сопротивлялись еще два века, дольше всех отказывались принять православие вятичи - им, видимо, красавиц византийских в жены не сулили...
Автор: Ольга Бунина