Это цитата сообщения Ginora Оригинальное сообщение

вспомнила.

Она стояла в самом центре площади - серьезная и торжественно-печальная. Казалось, что ее никоим образом не касается происходящее вокруг. Я едва сумел ее разглядеть – пепельные небеса в сочетании с каменной мостовой мышиного цвета и с ее серым платьем издалека создавали полную иллюзию, что ее нет. "Через несколько минут ее и не будет" – подумал я и по моей спине побежали мурашки.
Народ, собравшийся на площади, молчал, что само по себе было необычно. Вокруг нее почему-то не было людей. И стражников тоже не было. Заинтересовавшись, я сумел протиснуться прямо к ней. Теперь она находилась в полуметре от меня. Я протянул руку, надеясь коснуться ее плеча. Пальцы ощутили невидимую преграду. "Так вот почему нет охраны!" – вихрем пронеслось в моей голове. Я стоял прямо напротив ее, меня толкали в спину, пытаясь отодвинуть от невидимой стены - другим людям тоже хотелось посмотреть.
Она словно не видела меня. Смотрела лишь поверх людских голов, в небо. Она ничего не сказала и когда сняли магический купол. Ничего – когда ей зачитали приговор. Молча подписала отречение от престола в пользу сестры. Среди разодетых вельмож, напоминающих экзотических птиц, она выглядела сизым голубем. Она вышла на эшафот. «Ваше последнее слово?» - спросил Орест, явно ожидая, что она откажется говорить. Она сказала - «Я благословляю свою страну и свой народ. Прощайте, и помн…» - моя точная стрела не дала ей закончить фразу.
Она прижала руки к пронзенной груди, и опустила глаза, рассматривая стрелу как бы с удивлением, затем, потеряв равновесие, покачнулась и упала на дощатый помост. Секунду стояла абсолютная, нарушаемая лишь жужжанием мух, тишина, но затем раздался женский визг, один, второй, третий… К убитой подбежали люди – наверное, пытались спасти. Вокруг собравлось столько людей, что я не мог разглядеть тело.
Я отвернулся, зная, что ей ничем нельзя помочь – ведь моя стрела была смазана быстродействующим ядом, и, если она не задела сердце осужденной, то яд уже начал действовать.
«Прощайте, моя королева», - успел подумать я, прежде чем переместился во дворец.