- На юга, на юга! – ворчливо кричали в поднебесье птицы, сбиваясь по двое. Зеленый в клетку тапочек грустно смотрел из под ноги хозяина в окно и прислушивался к переговорам, взбудораженных предстоящим перелетом, птиц. Вот уже, как несколько минут, он был одинок. Его пару, посланную ему швейной фабрикой, хозяин потерял, когда выносил мусорное ведро. Тапочек только и успел мельком увидеть, как его вторая тапочковая половинка катится кубарем вниз, по ступенькам, и исчезает в лестничном пролете. Вздохнул тихонько и шмыгнул поникшим бантиком. Под стокилограммовым весом хозяина особо не повздыхаешь. Жизнь у тапочка с этих пор стала складываться совсем не так как раньше. После потери его половины он вдруг начал считаться среди обувной братии каким-то несостоятельным. А с появлением на месте большого пальца – дырки, и вовсе – безнадежным. Когда же у него отклеилась подошва, разговаривать с ним не отказывались только потрепанные хозяйские калоши. С ними тоже никто не общался по причине их некрасивости, старости и ненужности. Лоснящиеся и натертые до блеска сапоги и ботинки воротили свои остроносые носы, прищелкивали каблуками и поворачивались пятками к потрепанному одинокому тапочку. Теперь он уже не носился весь день, что хозяин был дома. Ныне он использовался как подставка под стремянку, чтобы та не шаталась. Или для «подложки» под дверь в комнату, чтобы кошка могла ходить туда сюда. Или для игр с хозяйской собакой. Но особо ей не позволяли его трепать, так как игривость собаки могла распространиться и на дорогую обувь. Поэтому пес украдкой, когда никто не видел, хватал тапочек и весело мотал им, смешно тряся длинными ушами. Но тапочек не обижался. Как можно обижаться на того, кто любит тебя и обращает внимание, пусть хоть и таким слюняво-зубастым способом. Зато когда у соседей прорвало трубу и квартиру затопило, тапочек, как самый легкий, первый подплыл к двери в хозяйскую спальню и осторожно постучался. Ему даже вынесли благодарность – постирали в тазу с порошком и положили греться на батарею, где он был обласкан и облизан кошкой. А потом, потом все вернулась на прежний круг. Прозябание в дальнем углу сделалось затяжным. Для стремянки нашлась удобная книга, а пес, подрос, забыл про своего старого знакомца и переключился-таки на более солидную хозяйскую обувь. Однажды разбирая завалы обуви и отсортировывая до следующей осени туфли и ботинки, хозяин наткнулся на прикрытый ковриком печальный тапочек. Достал его, повертел и бросил собаке через всю комнату. Пес лениво оторвался от вкусной кости, но не поспешил перехватить подачу. Дверь на балкон была открыта и тапочек, с каким-то немым удивлением на покосившемся бантике, смотрел на встречу такой долгожданной свободе. - Возьмите меня с собой, - прокричал он вспорхнувшей с ветки стайке воробьев, подлетел к перилам балкона и рухнул вниз. - Карр, - потрясенно гаркнула ворона и отпрыгнула на безопасное расстояние изучать, что же это такое свалилось ей на голову. Выждала. Осторожно, опасаясь подвоха, подпрыгала ближе и тюкнула по тапочку клювом. - Я хочу на юг, с птицами! Я хочу лететь. Хочу ощущение полета. Чувствовать, как ветер проходит через меня, свистит во всех прорехах и согревает ежесекундным движением, - пожаловался ей тапочек, скорбно поджал отклеившийся край подошвы и с надеждой посмотрел из под нахохлившегося бантика. - Кхе, кхе, - хрипло закашлявшись, засмеялась ворона, - так все улетели уже, я вот одна тут каркую. - А как же я? Что будет со мной? Что мне делать? – у тапочка поник бантик и отвисла подошва, примерзая к земле. - Ну, с первыми лучами весны жди дворника, а далее путь твой - только на свалку, - равнодушно прокаркала ворона и тяжело подпрыгнув, улетела прочь. А поздно вечером, на прогулке, под окнами, отвергнутого птицами и уже припорошенного снегом его нашла хозяйская собака и, не отдавая никому в руки, радостно приволокла домой. - Ну что ты будешь делать? – притворно вздохнула хозяйка, - раз вернулся, значит оставайся. И, встав на табуретку, потянувшись, кряхтя, достала с антресолей розовый тапочек и приставила к возвращенцу. Поправила на обоих бантики и, отойдя, удовлетворенно полюбовалась своей работой. Вечером муж, уплетающий ужин за обе щеки, услыхав, было, о новости, рявкнул: - Я не буду носить это разноцветное, да еще и в придачу розовое позорище, что я тебе баба что ли?! Жена ничего не ответила, только мысленно огрела его скалкой по лбу, прожгла взглядом дыру в сердце, ослепила своей яростью и запихнула картофелину величиной с кулак вместо кляпа в рот, а на деле сказала: - Хорошо, дорогой, как скажешь, я придумаю, что с ними можно сделать. В семейной жизни - это называется компромисс. Женщина долго-долго вертела такие разные тапки в руках, то и дело, поглядывая на мусорное ведро. Но что-то не давало ей их выбросить. Наконец, лицо ее посветлело, и она бросилась к комоду. Отыскала там пыльную жестяную коробку, с трудом открыла крышку и принялась обозревать свои рукодельные богатства. Руки сами потянулись к нужным предметам. Она обшила домашнюю обувь нарядными лентами и тряпичными обрезками. Пришила им глаза-пуговицы. Вырезала и приклеила зеленому тапочку улыбку из черной кожи. Прикрепила бородку, брови и курчавый чуб из ваты, а на чуб надела красный носок. На конце, которого, болтался привязанный бумбон от старой шапки. На розовую тапку хозяйка надела наушники и соорудила парик из разноцветных шнурков, приклеила улыбку из кожи красного цвета. А после, довольно выдохнув, поставила парочку на подоконник. Теперь каждый кто, проходя мимоходом, бросал быстрый взгляд на окно, спешил притормозить и послать ответную улыбку этому дому. И у вещей бывает несколько жизней. Пыс. Навеялось, после того как сегодня увидела пролетающий за окном тапочек :) (с) poputchica