С разрешения блогера мы публикуем выдержки из его дневника.

КАТЬКА-АГРЕГАТ

От гигантской ржавой печки пахнуло жаром. Из-за запаха раскаленного железа и гари было трудно дышать. На секунду показалось, что у меня обгорели ресницы и брови.

- Не боися, не обуглишься, - хохотнул неопрятный охранник Василь.

Деньги мне нужны были позарез - стипендия закончилась в день ее получения, родители переведут наличные только через две недели, а у соседей по общежитию я уже занял все что мог. Студентов на приличную работу берут неохотно, поэтому выбор был невелик: фабрика по лепке пельменей и 200 рублей в день или фасовочный цех, обрабатывающий семечки, - там платили на сотню больше.

- Ладно, где тут у вас перчатки, халаты - униформа? - обреченно вздохнул я.

- А ты чудной, - нахмурил густые брови мужчина. - Нема такого, ручками все будешь делать. Топай давай к Катьке.

Я посмотрел в сторону двух девушек, стоявших за аппаратами, и они тут же прыснули со смеху. Оказалось, «Катька» - это агрегат, который кряхтел, шипел и вообще жил своей жизнью. В нем и поджаривались семена подсолнечника. Женским именем его нарек кто-то из бывших работников - в честь экс-супруги, такой же сварливой, шумной и неопрятной.

Само помещение состояло из трех комнат: жаровни с печкой, основного цеха, внутри которого стояли три фасовочных аппарата, и служебной комнаты размером два на два, с ветхим столом и грязным потолком, с которого стекало что-то черное. С двумя аппаратами управлялись те самые девушки, а третий ждал меня. Состоял он из трех частей: воронки, куда засыпается мешок семечек, конвейера, по которому они попадают в пакетики, и устройства, закрывающего пакетики. Мы должны были очищать семена от мусора и всяких засохших кузнечиков, лягушек и мышей, попавших в мешки с полей.

- Как это работает? - уточнил я, стараясь держаться подальше от огромной «Катьки», внушавшей первобытный ужас.

- Имам! Просыпайся! - загорланил вдруг Василь.

Холмик в левой части комнаты вдруг зашевелился, и из темноты показался семечковый бог - во всяком случае, так мне показалось. Это был мужчина ростом метр с кепкой, весь черный и пыльный, в давно не стиранной одежде. В сумерках его легко можно было принять за огромную ожившую семечку, он напоминал ее даже по строению тела - маленькая голова плавно переходила в широкую грудь и огромный живот, а довершали композицию крохотные ножки.

- Это Имам, из Узбекистана к нам приехал, значит. Уже три года живет тут и работает - мешки таскает, полы подметает, печку чинит. Вона его спальня, - махнул рукой в сторону угла охранник. - Он на семках дрыхнет, семки жрет, семками и умывается. Девчата наши - Лидка и Машка - его жалеют, покушать приносят. У него никого нет - ни семьи, ни друзей. Ну ладно, рассусолился я тут с тобой. «Катьку» включай каждые полчаса. Семки жарятся 30 минут, забудешь выключить - обуглятся.

Имам ударил печь и дернул рычаги. У агрегата открылась пасть, в которую он засыпал мешок семечек. Нажал на кнопки - и створка захлопнулась. Чертыхаясь, узбек вернулся в угол и через минуту сладко засопел.

«ЧЕРНОЕ МОРЕ. ПОДСОЛНЕЧНОЕ. АЙДА КУПАТЬСЯ!»

После трех часов работы у меня затекли ноги, руки и шея. Я повернулся к коллегам, чтобы спросить, как они разогревают мышцы. Ха! Девчонки, обложившись пряниками, гоняли чаи. И, кажется, делали это уже давно. Я пригляделся к прозрачным с одной стороны пакетикам семечек - в них попали засушенные растения и мелкие камешки.

- А вдруг кто-то сломает о них зуб? - При этой мысли у меня свело скулу.

- Нужно смотреть, что в рот суешь, - захихикали те. - Будешь булочку?

От угощения я не отказался, но уплетал его не отходя от «кассы» - мысль о том, что упаковка с поджаренными лягушачьими лапками может достаться мне, придавала работоспособности.

С третьей попытки у меня получилось правильно засыпать семечки в «Катьку». После первой остался ожог на руке, после второй - горка рассыпанных по полу семечек. Зато когда я поборол в себе страх перед этим чудовищем, все пошло как по маслу. Подсолнечному, разумеется.

Через пару дней я нашел общий язык с Имамом - принес ему пирожков.

- Георгий хороший, - приговаривал он, жуя сдобу. - Георгий хочет поплавать?

- Где? - не понял я.

- В Черном море, - подмигнул он, кивая на темнеющий холмик в углу.

Да простят меня любители семечек - видимо, бес попутал, - но отказать себе в удовольствии нырнуть в это месиво я не мог. Ощущения непередаваемые! Семечки еще горячие, поэтому тут же стало жарко. Я вынырнул на поверхность, лег на спину и стал выводить узоры руками.

А спохватившись через минуту, решил прокалить семечки еще раз - все-таки народ потом будет засовывать их в рот. Сгреб кучу и запихнул в печь. Расчихавшийся от поднявшейся пыли Имам покрутил пальцем у виска - так  никто не делает. В тот же день я запретил всем знакомым покупать жареные семечки.

ЧИСТКА ВРУЧНУЮ

К вечеру следующего дня пришлось предупредить близких еще раз: если уж припекло погрызть, то не покупайте чищеные. В тот день у нас сломалась шелушильня - установка для очистки семечек. Принцип действия аппарата прост: во вращающийся барабан засыпают продукт, включается вентилятор. Семена трутся друг о друга, шелуха выдувается воздухом. Но древний агрегат не выдержал напряжения - испустил дух. Начальство приказало: пока шелушильню не починят, семечки чистим вручную. Мы было взбунтовались, но нам тут же заткнули рты: 1500 рэ за несколько часов. Лида и Маша согласились, сопротивляться не стал и я. Но уже через полчаса пожалел. Это был ад. Одно дело - очистить горстку для себя, другое - расправиться с килограммами! Когда шеф понял, что дело плохо, прислал на помощь Имама. Я старался не смотреть на его ногти с французским маникюром наоборот - вместо белой полосы под ногтями у него был черная. Но, когда он стал слюнявить пальцы, я не выдержал, нагрубил. Узбек ушел мыть руки - наверное, впервые за много месяцев. Слава Богу, через час аппарат починили.

После этого я попросил расчет. Девчонки остались - они студентки и согласны на любую работу. Ну а Имам там, похоже, и умрет - идти ему некуда. Прощаясь, я спросил у коллег: грызут ли они плод своего труда?

- Ты хоть раз травился из-за семечек? - спросила Лида. - Не знал бы, что они тут на полу лежат и в них мужики купаются, ел бы по-прежнему. Лопать бутерброд с протухшей ветчиной опаснее. И вообще - я тут полгода работаю и ни разу никто не пожаловался.

Через несколько недель, сдав сессию, я отправился в Роспотребнадзор. Однако проверка не успела - контора съехала из арендуемого помещения. Видимо, я показался им неблагонадежным. Но чиновники пообещали: если коммерсант засветится в регионе, им займутся. А я для себя решил: покупать сей продукт буду у бабушек в деревнях - в виде цветков подсолнуха.  Сам помою семечки, сам пожарю - так надежнее.

МНЕНИЕ СПЕЦИАЛИСТОВ

«Людям лень бороться за свои права»

- У нас в стране мало покупателей, знающих законы и свои права, - говорит президент Краснодарской краевой ассоциации по защите прав потребителей Любовь Бахметова. - Хотя на самом деле вернуть деньги за просроченный или некачественный товар просто. Оставьте претензию в жалобной книге. Укажите свои данные, телефон. В течение трех дней вам обязаны перезвонить и отчитаться, что сделали и когда вам приходить за деньгами. Если же ничего не изменилось, идите в Роспотребнадзор или к защитникам прав потребителей.

«Предпринимателей проверяем раз в три года»

- В Краснодарском крае более 70 предприятий, занимающихся выращиванием и переработкой семян подсолнечника, - сообщили нам в Роспотребнадзоре. - Но проверять их мы вправе не чаще чем раз в три года. Внепланово можем навестить, если поступила жалоба. Но за последнее время недовольство семечками высказали лишь раз - они были прогорклыми. Предпринимателю выписали постановление об административном правонарушении. Если вас тоже не устраивает качество товара, пишите на наш сайт