Времени больше нет. Календарь приватизировал его.

Жизнь размечена как хард-диск: новогодние распродажи, рождественские распродажи, скидки под китайский новый год, двойной коктейль по цене одного в день влюбленных, распродажи в день женщин, пасхальные скидки, скидки на чертовщину в хэллуин…

Белка в колесе — в вечном цейтноте. И чем быстрее перебирает лапками, тем страшнее оказаться вне клетки.

Это пушкинская белочка поет песенки, скачет по еловым веткам и грызет орешки с изумрудными ядрышками и золотыми скорлупками. А нынешних белочек подстерегают нарастающий стресс, срыв и серая депрессивная тоска.

Вот карма наших дней.

Время стало рынком, жизнь — растратой, календарные коммерческие культы — вызовом человеческой свободе. Цена вопроса — быть самим собой или быть сырьем, топливом, ресурсом для извлечения пользы? Поэтому главное, чему теперь приходится учиться, — это навыку своевременно удалять хлебобулочные изделия с ушей.

А задача Церкви двоякая: во-первых, не потеряться в этих календарных новоделах, и для того она сохраняет свой календарь — Святцы, а во-вторых, вернуть времени его смысл.

А смысл времени во встрече. Во времени человек выходит за его рамки в поисках его смысла. Во времени мы начинаем свой разговор с Богом. Но и Бог приходит к людям во времени.