Название: “По самой кромке ” Эпизод второй.
Автор: Modest_deer (миллион имен)*Bean_Lard_Mulch*
Пэйринг: Райан/Брендон
Отношения: slash(sure)
Рейтинг: R(NC-17)
Жанр: alternative universe, сиквел
Размер: миди-макси
Статус: в процессе
Саммари: любовь как унижение неприемлема в принципе. Как спасение, и только так.
Предупреждение: насилие, кровь, мясо,м/м секс
От автора: не пугайтесь моей фантазии, психическими заболеваниями не страдаю. Орфография этой главы подчинится мне дня через два.
Посвящается: freethisday, whithout_banana и сестре моей Маше (CamisadoHeart). Я просто не знаю, мне нужно писать это для кого-то. Удачного прочтения.
Дисклеймер: все выдумка, сказка, фикшн....ну или почти все...

Глава 5.
Любившиеся.

- Слушай.
- Что?
- Ури, молчи и слушай…тссс – Райан впервые в своей жизни касается губ Брендона рукой, и ему впервые в жизни хочется немного помолчать. Из-за стены доносятся глухие звуки саксофона, и Брендон почему-то думает о том, что Райан в судьбу не верит и вообще не верит почти ни во что, и пальцы у него холодные. Ему кажется, что он что-то упустил еще в самом начале, и поэтому жизнь перестала быть такой сладко-сахарной.

Высокие ноты перестают подчиняться окончательно, и Брендон загибается уже не в первый раз, он кашляет и ему кажется, что сейчас его вывернет прямо на глазах у всего зрительного зала. Бронхи сжимаются, он уже не может выдохнуть или вдохнуть. «Ты – прокуренные легкие Джо», - говорил ему Райан. «Я – разбитое, сморщившееся сердце Джо», - вторил Брендон, закрывая глаза перед сном. Он уже не знает, сможет ли вообще встать на ноги, не говоря уже о продолжении песни. Кашель, кажется, не прекратится никогда, и Брендон поднимает бессильно голову, бросая взгляд то на Джона, то на Райана, а перед глазами блаженная темнота, он просто ничего не видит. Несколько хлопков ресницами. Прошло одна-две-три секунды, песня продолжается, и Брендон поет.

Райан Росс, человек, который не верит почти ни во что, все еще не знает, что ему делать в следующую секунду. Кажется, еще совсем немного – и его глаза, раскрытые от ужаса и замешательства, начнут сохнуть. Спенс треплет волосы Брендона, и они оба улыбаются. Райан просыпается только тогда, когда ощущает нетвердые и совсем не крепкие, сжимающие его руки. Дыхание его резко прерывается. Легкие, они всегда подводят в самый ненужный момент. Руки Райана так и не решаются обнять в ответ, брезгливо держась подальше от предательского, не противного, но уже и не такого родного. Он легонько улыбается и говорит: «Мы скучали, Брендон. Скучали». Голова со спутанными темными волосами, голова, издававшая когда-то звуки, от которых ноги подкашивались, она крепче прижимается к твердому плечу. Брендон сильнее сжимает руки. «Спасибо». Стоп.

- И что я должен услышать? – мычит Брендон.
- Музыку, идиот, она от сердца, слушай, - злобный шепот в ответ.
Райан все еще не убирает своих пальцев, и это уже кажется странным. Они прислоняются ушами к стене и почти одновременно закрывают глаза. От сердца, от самой души. «Теперь все будет по-другому», - проносится в голове Брендона. Это было первое недружеское объятие.

Стоп. Брендон хотел бы, чтобы его усыпили, он вспоминает Теннеси и слониху Winkie, он вспоминает Риддика Боу. Мужчины покачивают головами в такт: «Так оно все и заканчивается». Он жмурит глаза, пытаясь прогнать злостные мысли из головы. Одна-две-три секунды, и Райан уже сам прижимает к себе тощее, дрожащее, не такое родное. Он силится что-то сделать именно сейчас, сказать, но слова застревают в обессилевших бронхах, у него уже болит горло от напряжения. Легкие всегда подводят в самый ненужный момент. «Спасибо», - шепчет Брендон, его слова тонут в тонкой ткани рубашки. Это не неподходящий момент для ссор или разбирательств. Если у вас хватит смелости накричать на человека, на существо, напоминающее больного анорексией, с впалыми щеками, поблекшими влажными глазами, тонкой улыбкой радости, которая так не гармонирует со всем внешним видом. В голове все плывет. Брендон не открывает глаза, потому что боится, что это всего лишь очередной его сон, где обнимают, целуют, позволяют утонуть в ощущениях, где тихо шепчут на ухо «Потерпи лишь немного, я скоро приду», он прижимается сильнее, еще сильнее. Стоп.

Снова сцена и проклятый кашель. Бедные, бедные прокуренные легкие. Бедное разбитое, скомкавшееся сердце. «Ты скоро кончишься весь», - говорит с улыбкой Джон, а Брендон просто не может произнести ни слова после концерта, он молча кивает и глотает-глотает воду, заполняя желудок до краев.
Бедный, бедный полный желудок воды.
Желудок-аквариум.
Брендон слушает саксофон. В его голове, наушниках, в его квартире один только джаз, звуки от сердца, от самой души. Тонкие пальцы на его руках, на его коже. Все когда-то бывает первым и новым, и совсем неисследованным. Что-то хочется запомнить и положить на дно коробочки, в самый укромный уголок. Если хочешь что-то спрятать, положи на самое видное место. Он не хотел это прятать, ни от себя, ни от окружающих.

Полная анархия тела, и сила воли капитулирует. Руки хулиганят и совсем не слушаются своего хозяина.
- Ребят, я принес еду, молитесь на меня… Боже мой! Брендон! – такое бывает, происходит совсем неожиданно, в самый неподходящий момент.
Джон влетает в комнату, бросая пакеты с продуктами на пол. Выкатываются банки с горошком, сыпятся упаковки мармелада, медленно выезжают бутылки пива, и только канистра молока слегка шатается, но чинно остается непреклонной, возвышаясь над горками «еды».
И вот Брендон уже слегка поднимается над пыльным, практически антикварным ковром, с восточными узорами, крепкие руки с легкостью отрывают его тело от пола. Он парит несколько секунд. Почти счастье. Он с улыбкой смотрит на Райана, который пугливо отводит глаза. Настоящий, но не тот. Все когда-то меняется.