Автор: Wendy. (Wednesday)

Название: Театр сорванных масок.

Пейринг: Райден

Отношения: слеш

Жанр: самой мне не определить.(юмор есть точно, но он весьма своеобразен, моральные страдания героев тоже на лицо.)

Размер: миди или макси, пока точно не известно.

Статус: не закончен.

Рейтинг: R

Саммари: все не те, кем кажутся – и последствия от этого не самые обычные.=)

От автора: у автора едет крыша. У афтора своеобразное чувство юмора. Афтор любит их безумно, но они будут страдать. Автор пишет третий раз в жизни.

Предупреждаю сразу: Келти будет выставлена не в очень хорошем свете. Так что любителям животных просьба не читать.)) И, я совершенно серьезно – это самый невероятный бред в вашей жизни. Ах да, главным злодеем будет Питер Вентс. Но он будет обаятельным злодеем))

Глава 3. Лондонская пташка.

Сегодня, через 32 часа после того, как Брендон, заливаясь слезами сидел на полу своей съемной квартиры, он очнулся на горизонтальной мягкой поверхности, ощущая некоторую скованность в области своих рук и ног, а так же – инородный предмет во рту.

Вчера, через 4 часа после внезапного ухода Райана, Брендон наконец-то пришел в себя. Это далось ему не легко, это собирание себя по кусочкам, но тем не менее. Он решил отправится домой. А уже завтра нужно было в студию звукозаписи.

Почти сразу же, когда он вышел из квартиры в подъезд, почувствовал глухую боль в своем затылке, которая вскоре сменилась духотой, тишиной и темнотой. Длилось это довольно долго.

А сейчас, наконец-то, он открыл глаза.

Резкий свет резанул их, и все стало казаться болезненно белым. Меня похитили?- первым делом подумал Брен. Комната, где он оказался, была совершенно незнакомой. Пустой и полутемной, с широкой кроватью посередине, спинка которой прикасалась к стене. Напротив нее – дверь. А сбоку, справа – занавешенное полупрозрачной шторкой окно. Но пока Брен видел только белый свет, и черные очертания чьего-то тела на его фоне.

Вскоре Брендон понял, что в свете окна он увидел сидящего на краю постели Пита Вентса. И услышал то, от чего его лицо приняло самое удивленное выражение, какое только возможно для человека с кляпом во рту. Впрочем, это не далеко не последняя приятная \ шокирующая новость, которую ему предстоит сегодня услышать.

- Привет, зайчонок. – ласково пропел Пит. – Как спалось? Голова не болит?

Далее Питер повел себя уже абсолютно неожиданно.

Он влез на кровать и запрыгнул на бедра Бдена, плотно обхватив их своими и коварно улыбнулся.

- У меня к тебе небольшое предложение. Он нагнулся пониже, вглядываясь в глубины глаз Брендона. Уперся руками в подушку под его головой. Теперь уже он улегся на него, удобно разместив свои ноги между ног Брена, которые он чуть раздвинул коленом.

Только прежде чем ты согласишься, учти – Риро был тут до тебя, три дня назад. Он отказался…убивать было жалко. Ты не поверишь! Я отправил его в ссылку. В Сибирь! – на последних словах Пит рассмеялся.

- Хочешь доказательств? Думаешь, он тебя трахнул вчера утром? Это был всего лишь двойник. Копия, с мозгами девочки - фанатки внутри. Если хочешь, я могу показать тебе три трупа, с каждым из которых ты спал, они как один похожи на Райна. Конечно, пока они еще были живы. Я хочу, чтоб ты был моим. Я давно хочу тебя…Я – Господь Бог. Сейчас объясню почему. Я могу повелевать планетой, потому что я открыл к этому способ. В 20 веке впервые была открыта технология гипноза с помощью телевизионного экрана. 25 кадр, ты наверное знаешь? Внешне, его действие никак не заметно, но то, что он внушает, усваивается. И человек меняет свою жизнь. По сути, это самый эффективный способ рекламы, в 9 случаях из 10 – то, что тебе прорекламировали, ты покупаешь.

Вот тогда-то ко мне и пришла эта идея…пусть все останется как есть. Люди будут жить. Работать. У них будут даже семьи, Брендон, семьи! Никто не заметит как мы станем мировыми господами! Миллиарды людей – все под гипнозом. Мне что-то нужно – они готовы на все.

У меня не будет врагов, вообще никого не будет, кто сможет сказать мне "нет". Ты будешь первым. Станешь моим навеки, поверь, это - то что тебе нужно, я же знаю. Абсолютная монархия – это то что нужно мне. Тут Пит сделал небольшую паузу, погладив Брена по волосам.

А Брен в это время хлопал глазами, не мог поверить, что Пит несет такую чушь. Которая страшно похожа на жуткую реальность. Просто до ужаса. Росс, ставший за последние два дня совершенно другим, абсолютно тупым и не знавшим некоторые занятные факты из своей собственной жизни. Моменты, когда он вел себя так, что казалось будто его одолел склероз на пару с слабоумием. Пит…Пит уже давно проявлял признаки сумасшествия. И, тем не менее, он был влиятельным человеком.

А Пит продолжал: -Но я понимал, что способом 25 кадра этой цели нам не достичь…На выращивание поколения лунатиков могли бы уйти жизни… И тогда мы начали поиски.. Я не слишком загружаю тебя информацией? Знаешь, ты должен мне верить… Потому что это ПРАВДА. как-то до ужаса заботливо произнес Пит, коварно улыбнувшись. Затем порылся в кармане и достал оттуда свой мобильник. – Я знал, ты не поверишь. Посмотри. Подставив раскрытый сотовый к самому носу Брена, он произнес: - Райан то все еще в России, неизвестно, что с ним там делают…хотя какая разница, ты же все равно молчишь! На фото полуголый Райан в той же позе что и Брен сейчас, руки связаны так же, а то, что это именно Райан Росс видно отлично. Татуировки на месте, и даже кляп – тот же самый, что сейчас у Брендона во рту. На последнем слове Пит уже просто расхохотался, чем привел Брендона в состояние связанного быка, которому махают красной тряпкой перед носом. Тот был готов придушить Питера собственными руками, а возможности к этому никакой не имел. Бешенство плескалось в его голове. Приложить тебя башкой к полу со всей силы, тоже бы заткнулся – подумал Брен.

В итоге он только дернулся телом вперед, пытаясь спихнуть с себя этого маньяка-шизофреника, но Питу похоже это только понравилось - он погладил ладонью Брендона по лицу и продолжил: мы вскрыли небольшую научную лабораторию в Вашингтоне– как ты понимаешь она была засекречена. Эти секретные разработки, такое видеть никому не полагается…но мы знали, что нам там нужно.

Лицо Пита приняло торжествующее выражение – Мы получили три возможности: Перевоплощаться. Управлять чужим сознанием. И, как вытекающее, править миром. Кто бы мог подумать что простая научная лаборатория окажется такой сокровищницей?

Сейчас его глаза сверкали. Это не сияние звезд, не сияние любви – это свет власти.

- Я Господь Бог. Я тебя создал, Брендон, если понадобится – я тебя и уничтожу. "Создатель" провел рукой по телу самого лучшего своего творения, от шеи и ниже, вдоль по боку и вдоль бедра, потом поднялся повыше и сжал его попку в своей руке.

Он спятил, чертов гомосек! – подумал Брен. Вот теперь ему по настоящему было страшно. Неважно, что он несет этот бред - Брендон как мог пытался себя успокоить. И главная проблема была как раз в том, что ему это не удавалось. Потому что он видел подтверждения бреда, сказанного на этой кровати. Дополнительно пугало еще то, что этот псих сейчас дышал ему в шею, горячо и влажно, и явно не собирается отпускать прекрасную птичку на волю. Скользит руками по животу, забравшись под майку. Мягкий язык рисует на шее Бдена неповторимые узоры. Брен зажмуривает глаза. Сначала следы на его шее горячие, а потом приятно холодные, когда слюна начинает испаряться в пространство. Но он не хочет. Не хочет этого сейчас. Единственное, что ему сейчас нужно – две свободные руки, чтобы спихнуть с себя этого ублюдка, который не теряя времени лапает его задницу в узких джинсах. Но и даже этой свободы у него нет. Проблема в том, что он беззащитен. И оба они сознают это.

Теперь Пит приподнимается чуть выше, и смотрит в темные глаза Брендона, испуганные и такие большие, своими, лукавыми и чарующими. Изгибает губы в своей особенной, коварной улыбке. Он похож на кота, которому дали поиграть с живой мышью.

- Я освобожу тебе рот, если обещаешь не кричать. Слышишь? Не кричи. Никто не услышит.

Брендон кивает, и Пит протягивает руки и расстегнув замочек на затылке, вытаскивает кляп из его рта.

Как только Ури чувствует свои губы свободными, мгновенно начинает орать. Причем так, что его слышит весь Лас-Вегас, если, конечно, это он.

-ПАМААГИИИИИИИмнфф! Пит быстро заткнул рот Брендона поцелуем, больно сжав его ребра.

-Сказал же не орать!

Глаза его злобно блеснули. Брендону на миг показалось, что тот сейчас его ударит, но вместо этого Пит силой открыл его рот, и принялся грубо и жадно его целовать, засовывая язык между пухлых губ до тех пор, пока они не покраснели и не стали немного больше чем обычно. Брен уже не сопротивлялся.

Пит приподнялся на руках и теперь смотрел на лицо Брена сверху вниз.

- Хочешь меня?

Он еще спрашивает. Конечно хочу. Бензопилу. Чтобы трепанировать тебе череп и посмотреть, что за дрянь у тебя в голове.

От размышлении Брендона прервал стук в дверь.

- Мистер Вентс, можно вас на секундочку! тут очень важн…

Пит развернулся стремительно и рявкнул:

- Я кажется сказал, Роза, НЕ БЕСПОКОИТЬ!

- Но тут крайне важные к вам посетители пришли…

-Тупая секретутка…проворчал Вентс. Так же резко он повернулся к лицу Бдена. -Не скучай без меня, котенок…Помни, ты выбираешь между смертью и любовью, Брендон. А я предлагаю весь мир.

Он быстро чмокнул парня в губы, поправил волосы и выскочил из комнаты.

Теперь Бден остался один.

Один со своими размышлениями…о побеге.

Его мысли…вот они:

Так. Тут прохладно и наполовину темно.

Я лежу, в пропотевшей майке, и мои руки и ноги привязаны к спинкам кровати. Они низкие и металлические, а хоть и веревки мягкие, но держат крепко. А где же моя обувь? Похоже, на мне только майка и джинсы, к тому же расстегнутые…а как я сейчас сексуален, а? По улицам в таком виде не пойдешь. Хотя… хочу отсюда выбраться! И быстро! Господи, как распутать руки? Черт! Так…спокойно. Вижу узелок. Надо зубами распутать…и языком.

Я сам никогда не узнаю, как встал на мостик и, орудуя своим прекрасным ртом, развязал узел на одной руке. Жить захочешь – еще не так раскорячишься. За второй рукой и ногами дело не стало, в целом, он справился довольно быстро.

Теперь встал вопрос: как отсюда выбраться? За дверью Пит, так не пойдет. Остается только окно. Это маленькое, пропускающее скудный осенний свет окно. Которое на удивление оказывается незапертым.

Перегнулся через раму, чтобы без преград посмотреть на то, что скрывали скудные занавески. Все кончено. Шестнадцатый этаж…ха, теперь понятно, почему окно не заперто. Смысл его запирать, когда бедный Брендон боится высоты? Очень старинное красивое здание, и в принципе, по нему, наверное, можно лазить, так как карниз не слишком узкий и покатый, но я не могу. Просто не могу. Удержать равновесие, зная что под ногами – сотни метров головокружительной пустоты – это слишком. Я не маньяк – суицидник. Нужно искать другие пути.

В этот момент входная дверь хлопает оглушительно.

Хочу обернуться. И черт, я не могу на него смотреть. Выскочить в окно?

- Решил прогуляться, малыш?

Голос Пита звучит то ли насмешливо, то ли разозлено. Но больше всего это похоже на скрытую ярость. Ярость, маскируемую за смех.

- Как же это понимать? спрашивает Пит. Подходит ближе, я теперь чувствую его сильные руки на своих холодных плечах. Теплые на холодных. Внезапно ощущаю свою талию безбожно стиснутой, мне трудно дышать, и вот я уже на кровати нюхаю покрывала, которые пахнут парнем, сейчас дышащим мне в шею. А я кажется сейчас просто задохнусь. Упираюсь руками в кровать и резко сбрасываю его с себя. Перелетаю через нее одним большим движением, и резко оборачиваюсь у стены. Инстинкт велит дичи не поворачиваться спиной к охотнику. Черт…смотрит в глаза. Это не соблазнение или угроза. Для меня это больше похоже на гипноз. Поэтому резко кидаюсь к двери, вернее делаю вид. Пока он отскочил, я брошусь к окну. Лучше в воздухе, чем в клетке с тигром.

Холодный ветер ударяет в лицо. Я уже одним коленом на краю бездны, и вижу очень маленькие дома и машины в легком желтоватом тумане. Магистраль – она кажется игрушечной. Я знаю – он – за моей спиной. Люди для меня сейчас – цветные точки. Хватаюсь за раму обеими руками и быстро притягиваю себя навстречу этой самой головокружительной пустоте. Пусть она сделает меня легким как пыль, и тогда я в ней не утону.

Чувствую что мое движение резко остановлено. Пит хватает меня за бедра и притягивает к себе. В итоге я стою раком на подоконнике, и мое тело на половину опущено в бездну.

Одну руку он заламывает за спиной, и я чувствую как перекрученная кожа горит. Свободной рукой хватает меня за волосы на затылке – я, как это не омерзительно, в полной его власти.

- Я так понимаю, ты уже выбрал…ну так что? – чувствую, как он игриво прижимается ко мне сзади… - Если ты не будешь сопротивляться…ты же не будешь сопротивляться? Не сделаешь как тогда с криком? Может, тогда больно и не будет.

Пит дышит тяжело, я чувствую через свои джинсы его возбужденный член, который упирается в мою задницу. И тут до меня доходит. Что лучше, быть изнасилованным и покоренным, или мертвым и в луже крови, растекшейся по асфальту? Понятно почему Рай согласился на ссылку. Ему тоже было нечего терять!

- Да пошел ты! кричу.

Свободной рукой упираюсь в оконную раму. Выкручиваю руку из его захвата, лягаюсь и отталкиваю его куда-то вглубь комнаты.

И вот я уже на свободе. Вижу город в золотой дымке. Иду по карнизу – он толщиной с мою ступню, если её поставить чуть-чуть боком. Дома с покатыми крышами, а на некоторых зданиях есть высокие шпили. Горизонт…он выглядит рядом острых зубов, направленных в небо, затянутое тяжелыми лиловыми тучами. Через них иногда прорываются косые золотые солнечные лучи. Близится вечер. Скоро начнется дождь. Я слышу отдаленные крики Пита: о том что я спятил, о том что мне жизнь не мила…ну да. Не мила. Ты даже не представляешь, что со мной сегодня сделал. Я не привык чувствовать себя жертвой.

Этот город – явно не Лас-Вегас. Я чувствую соленый запах морского ветра и отдаленно чувствую на своей ляжке тепло. Становиться ясно – я в Лондоне. В Лондоне, мать вашу. Как я оказался в Лондоне, я не помню. Опуская голову, я вижу что мистер Питер Вентс со всех сил вцепился в мою ногу, аж на половину выбравшись из окна. Сквозь шум ветра слышу, он кричит:

-.Спятил? А ну лезь обратно! – это он мне еще и приказывать вздумал? ну ниче, щас проверим, на что ты способен.

- А ты меня догони! - я высвобождаю свою ногу и двигаюсь вперед по карнизу. Понятно, что продолжаться долго это не может. Нужна или труба, чтобы спуститься этажом вниз, или открытое окно. И пофиг, что побеспокоишь жильцов. Хотя открытых окон при такой погоде, я думаю, немного. А я очень не хочу быть трупом. Трупом, который и в открытом гробу похоронить нельзя.

-Стой!. – я вижу, этот упрямый подонок так и не решается лезть за мной. Он замирает в такой же позе, в которой минуту назад стоял на подоконнике я. Я чувствую, как по лицу в одну секунду прочерчивается холодная мокрая стрелка. Я плачу? Нет. Полил дождь. Поднимаю глаза в холодное осеннее небо. Которое ко мне безжалостно. Я понимаю – если я сейчас упаду – я потеряю все. Это очень важное осознание. Райан меня не предавал. Мой дорогой, любимый, у нас с тобой вообще еще ничего не было. А я обязан тебя спасти, я же не хочу терять любовь всей своей жизни…здесь, на карнизе, я дарю свое сердце тебе. Подаришь ли ты мне свое – тебе решать. Моя история ещё только началась!

Вот она, чертова водосточная труба. Сейчас она шумит, так как изнутри наполнена содержимым. Небо мгновенно стало темным, мне кажется, наступила ночь. Оно фиолетово-серое, с болезненным желтоватым отливом от зажженных в городе фонарей. Последний раз смотрю на потрясающую панораму. Огни стали единой сетью, живой, движущейся и мерцающей во тьме. Черные провалы между огней кажутся в этой световой паутине Марианскими впадинами, а проулки – черными прожилками вен.

Обхватываю онемевшими руками чертову трубу. Я мокрый до нитки, и волосы прядками прилипают ко лбу, мешая видеть. Футболка тоже намокла и прилипла к телу, как мерзкая медуза, вместо стрекательных клеток у которой – эффект увеличение холода. В этот самый момент – мои ноги срываются с карниза. Я с ужасом ощущаю свою задницу в пустоте. И думаю - это конец. Мой дикий крик ужаса оказывается услышанным – я слышу вопль где то в высоте:

-Неееееееет!

Концом оказывается жуткая боль в коленях. Я смотрю на свои руки, плотно обхватившие трубу. Вода, что стекает везде, из под моих ладоней течет красная. Окно. Мне срочно нужно окно. Я, вокалист группы Panic at the disco, стою на карнизе на коленях и обливаюсь кровью, дайте мне окно!

Свою цель я вижу за два метра от себя. Снизу. Черт, еще одного полета по трубе я не выдержу. Но выбора нет – я обхватываю трубу руками поближе к карнизу и отталкиваюсь коленями. Раскачиваюсь, целясь в очень милое окошечко, заполненное светом дневной лампы, и в тот миг, когда мои несчастные руки уже отпускают последнюю зацепку на пути к неминуемой гибели, ногой пробиваю одинарное стекло. Влетаю в пробитую дыру и шмякаюсь лицом об пол, не в силах больше пошевелится. Слышу жуткий женский визг. Зелененький коврик…такой красивый. Визжит какая-то бабка. Черт. Это была ванна.