И вот пишу я хокку на Хоккайдо,
Вокруг лежит на елях белый снег.
Проносятся, как поезд, жизни слайды -
Совсем я стал японский человек.

Ем тофу, составляю оригами.
А если много мозг сакэ впитал,
Поет мне песню мудрый Мураками,
Ту, что случайно ветер нашептал.

Не вспоминаю серый цвет Парижа,
Руины Рима, русские поля...
Хоккайдо мне сейчас намного ближе -
Суровая, холодная земля.

Зимой я с Юки, летом больше с Амэ,
Васаби тру вручную каждый день,
Из моих окон видно панораму:
Снега и овцы, гор далеких тень...

Я вместо мамы вспоминаю Будду,
(Но не Киану Ривза, черт возьми!)
Теперь уже не удивляюсь чуду,
И с овцами мне лучше, чем с людьми.

А если вдруг очнусь в своей квартире,
Пойму, что было все не наяву,
Придется быстро сделать харакири,
Ведь без Хоккайдо я не проживу.