Клара шепчет: «Ева, я тоже была такая:
Тринадцать вёсен – ни отдыха, ни покоя;
Сердце рвётся, в крови невыпущенной вымокает,
Чтоб не выскочило – придерживаешь рукою»

Клара плачет: «Мы не расстались – нас разлучали,
На верёвках, как на качелях, нас раскачали;
Вы-то сами: он решимости и отчаянья
Принял дозу, ты же – верности и печали»

Клара видит: Ева горюет гораздо меньше.
«Дай мне руку, глянь-ка – всё стало уже вчерашним.
Погуляем… Здесь, в раю самых преданных женщин,
Нам с тобой ничего ни больно теперь, ни страшно».