Один умник, проезжая в плотном потоке машин, подумал: а чё я собственно… - и рванул по встречке.

В это самое время другому умнику пришла в голову подобная светлая мысль, и он стремительно вырулил влево через двойную сплошную.

Первый со всей дури встретился с его левым бортом.

Третий умник, наблюдая немую сцену, которая за этим последовала, так смеялся, что вписался в зад четвертому…

А так как эти артисты заняли три полосы из четырех возможных, то все остальные невольные зрители вынуждены были наблюдать этот спектакль до приезда гаишников.

А настоящего Хармса (Начало очень хорошего летнего дня и про вываливающихся старух)

Даниил Хармс

Начало очень хорошего летнего дня
(симфония)

Чуть только прокричал петух, Тимофей выскочил из окошка на крышу и испугал всех, кто проходил в это время по улице. Крестьянин Харитон остановился, поднял камень и пустил им в Тимофея. Тимофей куда-то исчез. "Вот ловкач!" - закричало человеческое стадо, и некто Зубов разбежался и со всего маху двинулся головой об стену. "Эх!" - вскрикнула баба с флюсом. Но Комаров сделал этой бабе тепель-тапель,и баба с воем убежала в подворотню. Мимо шел Фитилюшкин и посмеивался. К нему подошел Комаров и сказал: "Эй, ты, сало!" - и ударил Фитилюшкина по животу. Фитилюшкин прислонился к стене и начал икать. Ромашкин плевался сверху из окна, стараясь попасть в Фитилюшкина. Тут же невдалеке носатая баба била корытом своего ребенка. А молодая толстенькая мама терла хорошенькую девочку лицом о кирпичную стенку. Маленькая собачка, сломав свою тоненькую ножку, валялась на панели. Маленький мальчик ел из плевательницы какую-то гадость. У бакалейного магазина стояла длинная очередь за сахаром. Бабы громко ругались и толкали друг друга кошелками. Крестьянин Харитон, напившись денатурату, стоял перед бабами с расстегнутыми штанами и произносил нехорошие слова.
Таким образом начинался хороший летний день.

Вываливающиеся старухи

Одна старуха от чрезмерного любопытства вывалилась из окна, упала и разбилась.
Из окна высунулась другая старуха и стала смотреть на разбившуюся, но, от чрезмерного любопытства, тоже вывалилась из окна, упала и разбилась.
Потом из окна вывалилась третья старуха, потом четвертая, потом пятая.
Когда вывалилась шестая старуха, мне надоело смотреть на них, и я пошел на мальцевский рынок, где, говорят, одному слепому подарили вязаную шаль.

И еще Хармс