Дети бесспорно являются святыней жизни для большинства тех, кто их ростит. Родитель, это прежде всего творец, который создаёт нового члена общества – и это не просто произведение исскуства, но экзаменационная работа всей жизни. Поэтому принебрежительное (не говоря уже о брезгливом), отношение окружающих к ребенку, в каком бы тот ни был возрасте, и каковы бы ни были на то причины, всегда особенно больно для любого родителя.

1) Переодически поглядывает на ребёнка. Если людей присутствует много и все смотрят на ребёнка и говорят о нём, тоже старательно фокусирует на ребёнке взгляд и маскирует отвращение слабой улыбкой. Чтобы не выделяться, тоже переодически усиливает улыбку и идёт на контакт с ребёнком, но не больше чем требуют обстоятельства. Если человек не покинул такие посиделки, то ему или хочется, таки дождаться смены темы (люди ему приятны, встречи с ними редки), или у него нет такой возможности. (Приехал на машине с компанией и уезжать только вместе... Или, самое неприятное, если жертва – молодая жена попавшая в компанию родни мужа, которому уж точно нельзя знать об её истинном отношении к детям, и ещё страшнее, если родни много и живут все неподалёку. А поскольку люди глупы, то увидев, что молодой дети неприятны, они заклеймят её как гарантированно плохую мать, а возможно и муж поспешит расстаться с нею. А часто на праздниках мужчины хотят веселиться с мужчинами, а жён (особенно с малышами), ссылают пастись подальше, и конечно, таких потенциальных мам (особенно уже беременных), отправляют тусоваться к тем, что с младенцами, для поучений и наблюдений.
2) Если родитель ведёт с ним беседу о ребёнке, то вежливо слушает, коротко коментирует сказанное. «Ну надо же!», «Вот молодец то!», «Ну это ничего, научится.» - комментарии не значащие ничего, говоримые, что бы родителю не показалось что его жертва ушла в свои мысли. Для умных они являются сигналом, что лучше замолчать уже, глупым же они как поощрение – они думают что так и нужно беседовать, и верят в то, что жертве интересно.
«Да, малыши всегда пачкаются и растут, поэтому те кто гонится за мнением других мамаш и покупают дорогие костюмчики заслуживают сострадания. Но с другой стороны, даже в детском саду встречают по одёжке, и к ребёнку все будут относится на столько хорошо, насколько благополучной будет казаться его семья. И, как ни грустно Я так бы просто не отдавал(а) в такой буржуйский детский сад, столь прогнившее общество не пойдёт на пользу ребёнку. Главное сформеровать у малыша тягу к знаниям и стремление к быстрому развитию, а это зависит только от вас. Стимулом должно быть не равняние на других, а личный интерес, как к игре....» - жертва пытается увести беседу на более пространные темы: про детей социум, психологию воспитания... приближённые темы, где человеку действительно есть о чём поговорить, выразить мнение, развить мысль. Большинство из тех, кому дети даже отвратительны как крысы или тараканы, кому смотреть на них гадко, всё же охотно говорит о психологии воспитания и зачастую понимает в ней поболее, чем большинство родителей и все ошибки их видит сразу, как специалист. Ненависть и отвращение к детям всё равно не подавляют родительского инстинта полностью, поэтому невозможность наслаждения контактом с ребёнком и наблюдением за ним создают некий голод в той зоне где этот инстинкт лежит, и это восполняется жаждой понимания детей, тягой к теории. Особенно если причина такого отвращения кроется в том, что человека взрослые воспитывали делая ошибку на ошибке, он рос слишком зомбированным, чтобы уметь думать самому для себя, его не развивали, а пути к хорошей успеваемости в школе перекрыли своим недопустимым поведением, и он от этого очень зол на ребёнка-себя за то, что тогда не умел сам рассуждать по взрослому и дал из себя выростить несчастного глупца, которому туго пришлось в жизни, прежде чем его мозги заработали как надо. Уж такие люди лучше всех знают как надо ростить детей. Этот вопрос был для них вопросом всей их жизни, потому, что касался именно их самих. Взгдяд на эти вопросы у таких людей трезвый, не затуманенный умилением. Они действительно готовы к воспитанию детей получше большинства родителей, нянь и учителей. Поэтому выслушать их мнение бывает действительно ценно. Однако самым вежливым будет не учить людей как им поступать с детьми. Многих это злит - им кажется, что правы только они.
Но всё таки людей истинно обожающих малышей видно сразу – у них лицо светится счастьем. На самом деле они всё время готовы лезть к ребёнку с общением, а к родителю с разговорами о ребёнке, но внутренняя культура их должна сдерживать, пока они не поймут, что ребёнку и родителю этого и хочется. Человек, ставший жертвой навязывания ему общества детей, никогда не будет первым лезть с вопросами о ребёнке, комплиментами ему. Но если деваться уже некуда, будет напрягаться и на это. Поэтому, особенно глупым людям, может даже в голову не придти, что они кого-то здесь очень сильно насилуют.

Чужие дети противны многим людям. Кому-то противны только своим поведением. Они постоянно шевелятся, издают звуки, лезут общаться изрекая глупость за глупостью. Это обсолютно естественное отвращение. Ведь многие ли будут рады коту, который смотрит в рот, мяучит мешая есть или готовить, трётся мордой и прыгает на руки, или собаке которая делает примерно то же самое и капает слюной, да и просто ходит с места на место? Это неприятно, это раздражает большинство людей, даже многих из тех у кого животные есть. Подвижность и активность ребёнка действует на нервы, как действовала бы то включаемая, то выключаемая лампа или постоянно самостоятельно прыгающий и катающийся мячик, или чей то звонящий всё время сотовый.
Кому то противны они и тем, что если кто-то с ребёнком пришёл, все говорят о ребёнке, смотрят на него, общаются с ним, и прекратив не на долго, снова начинают и снова. Если бы на месте ребёнка была кукла или кирпич, и нельзя сказать: «я с вами не играю», или хотя бы расслабить лицо, то было бы тоже не легче.
Кто-то видит в детях просто людей, но на данный момент не развитых, ущербных, по сравнению с осталтными людьми. Детская простота, непосредственность, доверчивость так воспеваемые в обществе – это те самыяе качества, которые если не исчезнут к подрастковому возрасту, будут высмеиваться, вызывать отвращение и именоваться тупостью. Значит, мы умиляемся на глупость, и любим детство, за то, что в детстве она позволительна? Эту категорию людей дети раздражают именно этими качествами. Понятия «ребёнок» для них просто нет. Чтобы понять их, нужно представить на месте детей взрослых. Сперва картина смешная: там и тут снуют люди, ведущие за руки дядек и тёток, которые то орут на всю улицу: «хочу печенье!», то с горящими глазами рвуться в сторону ветрин, животных, и объектов по которым можно лазить... а пока идут спокойно, постоянно заставляют с собой говорить и разговоры эти совсем глупые. А другие сидят в колясках, пускают пузыри, всё хватают, пронзительно орут и ходят под себя... в ответ на что их раздевают до гола в людных местах. Потом нужно представить, что такие есть у половины взрослых людей, и что оказаться в их компании приходится частенько, ну и соответственно, что все с ними обращаются как с детьми... Наверное, большинство, не умилят такие возмутители спокойствия. Почему? Перспективы развития? Ну, через двадцать лет и эти разовьются до нужного уровня! Всё равно не то? Неужели же дело во внешности?!
И, наконец, есть люди, которым дети противны одним своим внешним видом. Внешний вид ребёнка для них как для кого-то вид крысы. Многие люди обожают крыс как милейшие создания. Кто-то действительно боится, но панический необоснованный страх – уже болезнь. Долгий взгляд в котором и интерес, и отвращение – вот что чаще получает крыса, едущая в автобусе... а ребёнок? Но считаются обычно с большинством. В гости с крысой не принято, и никто не идёт – обругают, осмеют, домой отправят... а вот с ребёнком... все должны подвинуться... и кто вякнет или поспешит уйти, тот плохой и на всю жизнь.
Чаще всего, кому мерзок один вид ребёнка, тому он противен во всех проявлениях. Думая о будущем случайного малыша в момент визуального контакта, он афтоматически прогнозирунт плохое: видит неприятного на вид человека с дурными манерами и стилем жизни. Может, он поправляет себя старательно желает ребёнку вырости хорошим, не желая наводить порчу, но наврятли это перекроет то, что исходит из глубин сознания. И уж всяко если его заставить провести вечер в компании, где есть малыш, он не будет вести такую борьбу внутри себя – ведь важнее другая, более тяжёлая борьба за то чтобы все поверили, что и ему малыш приятен. И при этом, если он будет знать, что весь вечер он проведёт в таких сюсюканьях омерзение будет утроенно. Постоянное напряжение, концентрация на ребёнке... он сгенерирует столько вредоносной энергии, что сам будет отходить неделю! Кто не верит суевериям, тот, конечно, в какой-то мере защищён по жизни. Но остальным лучше сорок раз подумать, чем тащить своего ребёнка «в свет». И как можно раньше нужно учить его не лезть к несчастным людям, не имеющим права его отпихнуть. Ему же лучше!
Во время застолий младенца нужно уносить когда все едят. А если люди сели за стол только чтобы покушать, тем более не нужно садиться тут же и кормить его. Всё так вкусно и красиво для людей сделанно, так не нужно это портить никому аппетит! Ребёнок будет глядеть всем в рот (из тарелок вкусно пахнет тем, что ему пока нельзя), возможно, будет бить руками об стол, плакать, лепетать, испускать газы. Найдутся люди, которые будут комментировать, снова говорить о нём, громко с ним общаться бессмысленными звуками и сюсюкательными речами, за столом снова зазвучит тема о ребёнке. Да и вид кушающего младенца который черпает кашу полной ладонью выжимает её сдавливая кулак на стол, а потом вытирает руку о лицо, которое и без того в каше, плохо держащейся во рту, аппетит попортит даже бывалой матери.
Многие ошибочно считают, что если у человека есть дети, и он растит, или растил их сам, то он автоматически будет любить детей, причём любых, и всегда радоваться, если к нему придут гости с детьми, а ещё что ему на «детские» темы поговорить всегда очень хочется. Конечно, сказать о своём истинном отношении к детям детный не осмелится. И мало ему своих раздражителей, ещё кто-то своими в нос будет тыкать. Детный любит своих детей! Но он неизбежно титанически устал. И пока детей рядом нет, лучший отдых для него, выкинуть их из головы. Но в этом он тоже никому не признается.
Многие считают, что с беременными, или с теми, кто сейчас растит ребёнка неприменно нужно говорить их о детях (беременности). Им кажется, что этим они повысят у родителей любовь и интерес к детям. Но некоторые считают, что этого от них требуют приличия: яко бы родитель обидится, если для кого то его родительство будет не интересным. Но спросить хорошо раз в месяц, чаще хуже, и уж явно глупо при каждой встрече. Часто это доходит до смешного: человек сам ни когда не начинает этих тем, да и вообще не задаёт людям никаких вопросов, даже о них самих – то есть показывает, что ему бы мимо пройти приятнее, но его тормозят (иногда даже продавщицы в магазинах, с которыми раньше не было тем для общения) и начинают вопросы задавать. Причём вопросы типовые, никому не нужные.
«Как твой малыш поживает?» - вопрос задаваемый часто даже беременным. А как он может поживать?! Умный человек коротко отшутится, или скажет: «Хорошо.» Глупый подумает, что нужно подробно рассказать, как. «Ждёте малыша?» - спрашивают беременных когда уже живот действительно нестественно велик. Спрашивать очевидное – глупость, многих раздражает. Но может статься и что это не беременность, а нездоровье, причём серьёзное. Тогда если человек знакомый, то во избежание неприятной ситуации он должен быть предупреждён, но если спрашивает посторонний, и не из тех, кто потом увидит обман, то ему говорят «да», чтобы не смущать и не огорчать (ведь он был наверняка умилён). Так же беремянных часто спрашивают о самочувствии. Это ужасно, потому, что воспитанная женщина не будет говорить: «Плохо!», а хоть что-то плохое чувствует каждая, то есть оно хуже чем до, и обсуждать своё самочувствие со всеми подряд будет только законченная дура, которой это приятно. «Шевелится?» - дикий вопрос задаваемый беременным когда уж точно должен шевелиться если жив... «Сколько ему уже?» - (почему не записать один раз и не высчитывать когда интересно!) некоторые спрашивают каждые две недели. Перечень вопросов, которыми достают родителей бесконечно длинен. И на каждый из них хочется сказать: «Не ваше дело!». Но если попробывать объяснить по хорошему тоже могут понять!

Устоявшиеся каноны поведения обоих сторон на самом деле рассчитанны на дураков.
Дураком смотрится родитель лезущий ко всем со своим ребёнком и разговорами о нём. Каноны сформировались с расчётом на эту дурость. Так же точно как пошла традиция говорить комплименты дамам. Большинство их всегда зацикливалось на своей внешности до такой степени, что начинало ненавидеть тех, кто на их внешность чихать хотел, видя в этом пренебрежение к своей персоне, и даже вести псохологические войны с окружающими красавицами. Одна сделает новую стрижку и радуется, если люди заметят и будут любоваться (или нет) молча искренне и незаметно, но не любит комплементов, (она выше этого!), а другая делая стрижку будет предвкушать похвалы, и если кто-то не исполнит этого долга сразу, полезет вымогать сама: «Ничего нового во мне не замечаешь?», «Ну как, мне идёт?», «Не поняла, а где комплименты?!»... И чем дольше будет беседа про стрижку, тем дуре приятнее. С дураками спорить – неблагодарное и занятие, и учить их жизни особенно. Тем более если дураки уже взрослые. Поэтому, чтобы никому не портить настроение лучше делать им комплементы и своевременно. А уж если внешность, всякие покупки, или рисунок, человеком нарисованный и прикнопленный на стену так принято замечать, то о детях, их внешности и развитии... тут уж точно все попали!
Дураками выглядят окружающие со своим роением вокруг ребёнка, и разговорами о нём. Обычай был, с одной стороны, сформирован недолёкими людьми которым сам процесс приятен, и больше они ни о ком не думают. Они ставят в неловкое положение родителя. Ведь если он(а) начнёт отшивать их, даже самым культурным образом, то:
1) Обидит чьи то искренние чувства.
Пример: «Меня попросил(а) не обращать на ребёнка внимание, потому, что все достали, а кому то другому всё ещё можно, потому, что персона по важнее (или поглупее, или ребёнку бабушка) и теперь те сюсюкают, радуются, а я как посторонний человек!».
2) Безмозглые истолкуют это как нелюбовь человека к своему чаду.
Пример: «Я, когда у меня дети были маленькие, ими только и жила, каждое слово внимания, каждая улыбка моему малышу была как драгоценность – так я была благодарна! Бывало даже еду в автобусе, свечусь, что столько людей кроху видят, любуются (если кто смотрит не улыбаясь, значит либо слишком устал, либо ему грустно), а если кто упорно в мою коляску не смотрит, аш обида накипала, ненормальным человек казался. Нормальную мать никогда не будет раздражать, если кто-то к её ребёнку с добром. А если раздражает, значит, сам ребёнок раздражает. Так и хочет сказать: «Достали вы все с этим ребёнком, дайте забыть о нём пока он сам не напомил о себе!» или «Ну в каком месте он такой очаровательный?!» Конечно, ненормально!». И будут так везде человека отрекомендовывать, ведь чем меньше у челвека своего ума тем он общительней. А те, кто будет слушать и кивать и дальше передавать со своими дополнениями о фантазиями...
Тяга в коллективный разум, где мышление заменяестся беседами, обусловленна тем что сам себе такой человек не может сказать ничего нового и интересного, в своих выводах не уверен и ждёт одобрения. Люди любят беседовать о ближних нуждаются в постоянном сравнивании себя с окружающими, что бы поддерживать уверенность в том, «что те хуже, а мы лучше» относительно себя и собеседника нуждающегося в лести по причине той же неуверенности. Взывать к разуму таких экземпляров бесполезно – у них он только коллективный, и наверняка слабый – коллектив ведь состоит в основном из таких же недоумков. А поскольку, люди такого склада составляют большинство, бедному родителю, получается, можно просить о милости только своих хороших приятелей - тех, кто его заведомо поймёт и поддержит – 5 – 10% максимум из всех окружающих.
3) Люди старшего поколения могут счесть это за пренебрежение ими из-за их возраста. А ведь они особенно любят лезть к детям («наше продолжение!»), а так же их родителям, которых видят ещё детьми. Причём, последних считают своим долгом поучать и для контроля задавать многочисленные вопросы. Они видят это часто как красивый обычай (особенно если действие происходит не в царстве холодных бледнолицих, и уж совсем «повезло» жителям горных районов, где человек плохо соблюдающий обычаи связанные с почитанием старших (особенно если это молодая женщина!) становится позором семьи и объектом презрения. Не менее «повезло» и родившим богатого наследника для богатого и жадного деда (бабки), который(ая) пытается контролировать воспитание издали с помощью своей родни и старых друзей-подруг). В таком случае, даже посмотреть не так будет личным оскорблением – человек-то и сам оказался заложником традиций, он боится, что о нём плохо подумают, если он не будет так себя вести.
Конечно, счастлив тот, кто живёт там, где можно плевать на всё и самому выбирать, с кем знаться и как себя вести, за чьими плечами только личная честь. Но кого-то связывает честь семьи настолько что приходится делать лицо поглупее и бодро отвечать на все вопросы глупых старух – почитание к старшим местами не даёт человеку даже права мимикой лица показать, что ему что-то не нравится. А ещё многие люди бесхарактерны, многие боятся обидеть окружающих, или находятся в плену стереотипов, жертвуя собственным комфортом и комфортом своего ребёнка. Но только ли комфортом?

Влиянияе стиля общения окружающих на развитие ребёнка.
Сюсюканье – сладкий яд для ума ребёнка. Появившись в этом мире ум ребёнка имеет ту же программу, как и всё живое: развиваться.
А ребёнок, между прочим, совсем не глуп... до того, как родители и прочие лица его зомбируют, чтобы он был управляем, и что бы не думая самому для себя ему было легко перенести бремя роли ребёнка и то, как с ним обращаются.
Знакомая картина: маленький ребёнок приехал к бабушке в гости, они на улице, и бабушка подводит его за руку к соседке, которая никогда и с этой бабушкой-то, собственно, особо не общается, для знакомства. Соседка нужна что-бы учить дитя общению. Она не может отказаться от своей короткой роли – долг приличия. Едва они приблизились, соседка делает (фальшиво!) ласковое лицо и с неестественной интонацинй здоровается первой. Бабушка велит малышу здороваться, но он не хочет даже глядеть в сторону неприятной бабы: он видит только её фальшь, и вообще знакомиться не видит смысла... Но старшие настаивают, да и хочется бабушке приятное сделать. Он покоряется. Дальше его могут допросить: как зовут, сколько лет, где папа с мамой и кем работают, где живёт, что у него за игрушка в руке и как её имя... если знакомство слишком затянется, то могут даже справится, как мычит коровка, а то и как скачет кузнечик! Так и хочется ей сказать, что это всё не её дело, но с другой стороны видно, что ей и самой это не интересно, да и известны ей, скорее всего, все ответы. Ясно что весь спектакль для его бабушки. Лучше не осознавать всей глупости и мерзости ситуации, полнлой унижения. И тогда со времянем он войдёт во вкус сам, решит, что знакомиться должно быть приятно, что чем больше о себе расскажешь и о другом высприсишь, тем ближе и крепче станет дружба. Поэтому дети знакомятся и общатьюся именно так, и люди, не начинающее думать сами для себя продолжают до самой смерти.
Вопросы, вопросы и ещё раз вопросы – это стиль общения посторонних взрослых с ребёнком от начала развития речевых навыков до тех пор пока он сам не дозреет до того, чтобы уйти от этого контроля. Личность, не задумываясь, отвечающая на все вопросы даёт всем возможность сунуть нос в свою жизнь. Есть люди, которые думают, что если человек скрытен, то ему нельзя доверять, и надо сразу ждать от него зла. На самом деле, человек просто считает грязным обмен личной информацией. Он ненавидит когда кто-то про него что-то знает, думает, оценивает. Зачем кому-то, пусть хоть брату или отцу родному знать где человек сегодня был, что ел, о чём подумал и какие планы на завтра... и уж тем более, как омерзительно когда посторонние спрашивают. Для такого человека даже ответить на пустячный вопрос вроде «есть ли уже у вашего ребёнка зубы?» противно, сам вопрос есть атака, и ситуация «приятна» как дождь из тараканов. Человек, который не любит говорить о себе и слушать о других, по сути, не нуждается в обществе – в чём и есть его сила. Вспомнить имидж мудреца у любого народа: всегда говорит только по делу, и только умные вещи и свободное от консультаций время проводит один.
Но что если к маленькому ребёнку придёт твёрдоая уверенность в том, что вопрос – атака на личность, а ответ – зомбированное подчинение? Отвечая он будет чувствовать досаду и раздражение, вопросы будут причинять ему боль. Возможно он будет больше чувствовать себя виноватым говоря правду, чем говоря неправду. Поэтому лицо у него будет как у врущего. И если взрослый ещё может договориться с этим миром, чтобы его не мучали и прекратить общение с непонимающими, если его неотвечание на вопросы будет расценено как реализация права на покой, и в худшем случае дураки назовут его ненормальным и далее будут бессильны, то каким страданиям будет подвергнут малыш! Его будут мучать все и долго, водить по психологам, которые будут пытаться лезть к нему в душу по средствам тех же вопросов, пугать психиаторами (а малыш думает, что психиатор – это вся жизнь загубленная в психушке, взрослые так и объяснят перспективу на случай отказа перестроиться!) и наконец всякие дети прослышав краем уха, сто с ним что-то не то, «украсят» его жизнь прессингом с неправдивыми сплетнями, летающими камнями и прочими изощрениями... Предвидя проблемы малыш постарается защитить свою правду от выпытывания с помощью лжи. «Ответ на вопрос дан - я сработал как нужно. А уж пока там выяснится, что я врал, если выяснится вообще.» Да и общаться потребность у детей огромная, а если врать, общение можно поворачивать в любое русло и всегда держать всех в заинтересованности, и оскорблять никого недоверием не надо – а не получить проблем в данный момент для маленьких детей всегда важнее чем забота о будущем. Так вместо мудреца из-за слабости характера ребёнок становится не уважаемым нигде паталогическим лгуном. Хотя, он тоже достигнет своей цели: узнав что он всегда врёт люди перестанут его расспрашивать. Однако, конец печальный, поэтому самое безопасное решение проблемы – отложить мышление на потом, когда детство кончится и обращение с ребёнком будет другим.
Будучи в гостях, чнловек оставленный наедине с малышом, как правило занимает общее время приучением того к хвастовству имуществом: «Ну покажи, что у тебя есть!», «Что ещё у тебя есть?», ну и нахваливанием увиденниго (а критиковать его мирок жестоко и бессмысленно). Чем дольше пройдёт ревизия собственности ребёнка, тем выгоднее гостю. И глаз порадован, как при просмотре каталога, и уши сбережены от детского лепета, и ум от лишней работы на тему, как провести время полезно для крохи и тоже с наименьшими потерями. Не любой человек может рассказать что-то о жизни, что малыш будет слушать как проповедь, не все знают фокусы, которым можно обучить... но так примитивно нельзя же. Если ребёнок войдёт во вкус, будет сам ко всем нестись первым со своими игрушками.

Многие взрослые люди не умеют различать по выражению лиц искренность и наигранность, принужденность. Многие так же не понимают когда на них смотрят как на дураков и даже как на обезъян. Всем приходилось бывать в таких ситуациях. Говорит кто-то с кем-то, и один так увлечён, явно ему всё нравится, а другой аш глаза круглыми сделал: и удивление в них и отвращение, отвечает не охотно, но есть что-то мешающее ему прервать это мучение. Скорее всего, ему просто жаль обидеть дурака – всё равно же не поймёт, раз ни по лицу, но по интонации ничего до сих пор не понял. Да и не первый день дурак живёт на свете – у него свои нормы жизни, и кто в них не может быть вписан, того дурак в плохие люди зачислит, а может и дураком назначит. И действительно, откуда беруться такие обезъяны, которые считаеют, что если другой человек улыбнулся – радость, приятие, общается, не убежал – тогда значит находит это общение интересным, разговаривает как с дебилом, снисходительно – учтивый, приятный человек, надо с ним общаться почаще... Их общество гнетёт не таких как они. И им жизнь давала по шапке. Умные их посылали далеко и надолго, или ими пользовались, если те позволяли, или не приближались к ним. Кто-то пытался поднять их выше, научить умному общению, но это было невозможно, как учить решению химических уравнений тех, кто не знает хорошо переодической системы элементов. Как научиться общению не чувствуя настроя собеседника? Почему обучиться этому бывает так трудно, ведь одного взгляда на лицо должно быть достаточно?
Потому так бывает, что что ещё в младенчестве, когда закладываются основы всех основ и развивается способность понимать других – сперва именно мимическая, потом уже речевая, ребёнка окружает сплошной обман! Сперва он удивлён: что это все гримасничают? Но поскольку жизнь ему предстоит в этом мире, ему приходится верить в эти маски. К тому же люди с наигранными выражениями голоса и лица поощряют его, говорят ему приятные пустяки, дают что нибудь вкусное – так закрепляется положительная реакция. Ребёнок отметает прочь сомнения: «Если человек улыбается, то он друг, от него нужно ждать только хорошего, и я, значит ему приятен!». А что заложено в глубоком детстве, исправить трудно. А малыши ни друг с другом, ни со старшими не фальшивят: рад – улыбка, не приятно – хмурость. Им и в голову не приходит, что так можно, они думают, что этого вообще нигде нет – они доверяют взрослым. А взрослые с ними ещё долго будут разговаривать как с дураками, улыбаться и бесконечно обманывать.
Кстати про обман. Обманывающие ребёнка родители должны знать, что этим они отупляют ребёнка. Да, может если сегодня дитя поверит той или иной ихней лжи, то родителям будет легче сейчас. Но поняв, что его обманывают, ребёнок скорее всего пойдёт по пути наименьшего сопротивления: промолчит, решит, что так и нужно до поры и поверит – слишком болезненно звдумываться над своим положением – думать вредно, он предпочтёт бездумную жизнь. Ведь иначе логика может выдать очень неприятные трактовки: 1) «Они не желают моего скорейшего успешного развития. Им доверять не нужно.» - трактовка вернейшая. Ставит ребёнка на путь раннего развития аналитического самостоятельного мышления. Он ставит своей целью развитие. Но к сожалению не у всех детей хватит смелости на такие мысли. Ведь придётся проститься с ощущением идилии в семье. А купаться в любви (пусть и мнимой) и без оглядки любить самому и доверять (пусть и рискуя) – это то, на что и взрослые-то многие готовы променять могзи. Ребёнок же ещё слаб во всех отношениях, а чем личность слабее, тем любовь и поддержка ей нужнее. А допустить что старшие просто глупее чем он, ребёнку так же тяжело, как взрослому поверить, что ребёнок его умнее! 2) «Меня не любят. Мне вредят намеренно. Они лучше знают что нужно этому миру. Лучше мне не быть вовсе.» - трактовка глупейшая. О важности развития он не думает. Ребёнок решает, что его роль в жизни быть распятым. Он сознательно выбирает себе плохую судьбу. 3) «Они ведут себя со мной как с идиотом. Значит моя роль – роль идиота.» - это самая распространённая трактовка, с которой сознательно или безсознательно идут по жизни почти все дети. Поэтому так они себя и ведут, что бы с ними было потяжелее. Тут не обязательно врать про то как жизнь устроенна. Им ещё в младенчестве эту роль навязали. И исполнять её – дело чести: жертва дурного отношения желает оправдать это отношение, чтобы небыло так обидно. Но для ребёнка это ещё и подсказка роли, воспринимаемая как приказ.

Он смотрит вокруг, думает, пытается понять что ему делеть. И вдруг понимает, что он и фараон и бог по совмиестительству: стоит ему появиться, все его сразу воспевают, говорят только о нём, пытаются притронуться, высказать похвалу, развлечь, выражают любовь. Что же тогда остается? Ничего. Расслабить мозги. Принимать всё как должное, отвечать на акты поклонения улыбкой, счастливыми движениями и звуками звуками, так сказать поощрить, за что опять таки быть поощрённым утроенным сюсюканьем («Ути как наш Вовочка улыбается, ой как он славно ручками машет: тяк-тяк-тяк...»). Вот так просто дарить радость и себе и окружающим. «Кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку».
И чем милее сделаешь личико, тем больше наберёшь очков. Ребёнок осваивает заигрывающе-заискивающее выражение лица. Он уже встречает народ в готовой маске фараона, словно говорящей «Кланяйся мне!» (Сюсюкай же, смотри какой я хорошенький!). Во взрослом состоянии это станет использоваться при заигрывании с противопроложным полом, а в промежуточном сгодится чтобы взглядом попросить о пощаде при опасности наказания, или при выклянчивании каких либо благ – ребёнок пытается выставить в качестве козыря свою миловидность.
Считается, что малышей до трёх лет для нормального развития нужно растить в уверенности, что весь мир его обожает. Это так же является одной из причин, почему посторонние считают себя обязанными сюсюкать. Они просто боятся повредить малышу равнодушием.
Если такого малыша, убеждённого в том, что он фараон, не отдать в детсад, где ему объяснят, что он солдат безликой армии, то родитель сам будет должен причинить ему такое горе. Стоит ли вообще приучать малыша ощущать себя вечным центром внимания, любить эту роль, чтобы потом разачаровывать?
Ребёнок живёт в уверенности, что если кто-то пришёл, то к нему. Если гость с ним не общается, на него не смотрит, а с серьёзным лицом беседует со взрослыми и не о нём, то ребёнок плачет, а то и с остервенением лезет к несчастному, требует общения, совместной игры, или хотя бы, что-бы тот посмотрел как ребёнок двигает игрушкой (ведь раньше все посторонние это так любили видеть!). И мало того, что ребёнок чувствует себя не нужным больше в качестве солнечного бога и не важным, он ещщё и видит что его активность, мольбы и слёзы вызывают раздражение, родители делаются строгими, а то и грозными – ребёнок окончательно впадает в истерику, а гость скорее всего уходит с мученьем на лице... Ребёнку понятно, что это от него убежал гость...
Не лучше ли сразу учить дитя держаться посолиднее, и не быть зависимым от внимания со стороны? Не лучше ли попросить гостей вести себя естественно, так как будто здесь только взрослые. И не кормить никого вкусностями на входе, чтобы малыш не считал, что все входящие ему обязаны что-то приносить, а значит сам не нёсся первый на стук, не конючил. Ведь владельцам собак и прочих животных всегда можно регламентировать общение посторонних с питомцем (попросить не ласкать, не давать команд, не подкармливать) – это может осложнить дрессировку, развить неугодные хозяину качества у зверя. И здесь каноны общественного поведения стоят полностью на стороне хозяина. Так неужели же воспитание ребёнка менее важно, и каждому проходимцу нужно позволять вести себя как угодно, боясь, что иначе тот поднимет вопль, что родитель лишает малыша радостей жизни? А ведь родитель и ребёнок расплачивюется посерьёзнее за все ошибки воспитания.
Видя что народ так и валит к нему, ребёнок будет отвечать взаимностью, будет считать себя должным тоже начинать самому. Например, будет лезть к незнакомым на улице знакомится, причём сразу выкладывая всё что знает о себе и семье, включая телефон и адрес. И, чтобы сказали, «молодец», гордо объявит: «А я стишок знаю!». Вот такое позорище!
Так, отдавая ребёнка на растерзание всяких добреньких чужаков родитель прививает ему навязчивость. Он толкает его на заблуждение в понятии о чести – ребёнок опускается до того, чтобы со слезами умолять кого-то пообщаться с ним, лезет к людям, не понимая, что этим он моментально создаёт себе не просто плохой, а отвратительный имидж. А если ребёнок не понимает, значит он зомбирован – он не думает, значит он не видит, что с ним обращаются как с идиотом, принимает всё за чистую монету, не умеет видить по выражению лица истинного настроя человека – он ослеплён. Это не простительно ни в каком возрасте. И наказание за глупость всегда приходит при пападании в группу более умных сверстников. Дети жестоки. И для того, чтобы в среде детей не попасть в придурки (серую массу), а то и изгои, нужно иметь и правдивое представление о чести, и уметь мыслить логически: уметь анализировать и своё поведение, и поведение любого другого человека, никогда не позволя себя обмануть или унизить.
К тому же, сюсюкатели обращаются с малышами как с дурачками и те, понимая это подсознательно, подсознательно же берут это как подсказку роли.
Неумение читать по лицам, доверчивость, неверное формирование понятия о чести, навязчивость, тщеславие и желание всегда быть в центре внимания, болтливость, хваставство, любовь к стяжательству, неверное представление о дружбе и о том, что такое унижение, торможение развития мышления (тупость), принятие роли идиота, доверчивость, жажда славы (что-бы говорили о нём) – это пороки, могущие остаться на всю жизнь, если человек не преодалеет блокировку на логичемкое мышление. А большинство людей живут с этой блокировкой всю жизнь! (См. Приложение!)
На самом деле мозг становится способен к аналитическому мышлению не к двенадцати годам, а с самого начала, когда появляется что-то, о чём думать. (Доказать это как теорему нельзя. Можно только самому вспомнить себя в младенчестве или встретиться с людьми, которые запомнили эти моменты своей жизни. И лучшим даром ребёнку будет настойчиво просить его запомнать свою жизнь, говорить что это важно, ещё когда он даже не понимает слов. Он поймёт! И поверьте, то что он может запомнить стоит дороже всякого золота!!!). Но сохранить и приумножить это можно только относясь к маленькому человеку с пониманием, уважением и будучи с ним честным всегда. Ставьте себя на место ребёнка! Поэтому от вредоносных для легко подпадающего под влияние детского ума контактов, проиятность которых к тому же почти всегда под вопросом для обоих взрослых сторон, лучше воздерживаться. Эти каноны просто надо искоренить!

приложение: про тех кто не умеет думать

Общество дедится на два типа людей: умеющих думать самим для себя, и тех у которых на это стоит блокировка.
Первых характеризует склонность и умение анализировать всё. Они не копируют других, говоря, что так принято. Они не подпадают под влияние религиозных учений, ни психологи, ни психоаналитики им не нужны, и ничего нового им не откроют никогда, у них нельзя ничего выведать в хитрой беседе, они умеют лгать качественно, не смущаясь – они проанализировали блокируюдий ложь механизм, который общество в них заложило, и переподчинили свой мозг себе, им скучно телевидение – оно кажется им рассчитанным на детей, они не имеют кумиров, не изъясняются шаблонно («Женщина должна быть аккуратной и хозяйственной, иначе это не женщина даже.», «Чуство долга детей перед родителями, и любовь к ним, какие бы они ни были и как бы к своим детям ни относились, как бы с ними ни поступали, забота о них – это распоряжение самого Господа, и в библии сказано, что ненавидящий своих родителей подобен и проклинаем самим Господом. Это и есть главное дело в жизни, дело смирения, послушания и любви – священное дело, где перед человеком не стоит выбора. А возможность выбора всегда развращает душу!», «Любому человеку необходимо признание, любовь, друзья... Если человек не имеет близких друзей и никому не открывает, не изливает душу, то значит он был раньше доверчив и много обжёгся в жизни, а теперь просто боится. Если человек живёт один и ни с кем не общается, значит он просто такой плохой, что с ним никто водиться не желает!» , и не ссылаются на то, что не только они так думают, но и ещё кто нибудь по афторитетнее. Но главный их плюс – они видят себя не просто со стороны, но со всех сторон. Они всегда ведут себя не обременительно для окружающих, не создают неосознанно глупых ситуаций при общении. Это и есть внутренняя культура, которую никакие книжки по этикету не заменят сполна.
Вторые могут быть сколь угодно начитанны и образованны, но живут словно на афтопилоте. Они не могут понять простых вещей. Именно на них рассчитана была реклама «Чаппи» - гранулированного корма для собак (середина девяностых, Российские телеканаллы), где в кадре отборнейшее красиво нарезанное мясо задвигалось в духовку, и появлялось наружу уже в качестве сухих гранул, и чтобы уже точно развеять сомнения, голос за кадром уверянно вещал: «Отборное мясо, запечённое в духовке до золотистой корочки». И не смотря на то, что на упаковках с гранулами состав указывался, многие верили что это действительно отборное мясо, сплошь превращённое в корочку. Любая реклама, пропаганда любых убеждений работает с ними легко. Такие люди легко покупают у уличных торговцев явно дешёвые вещи втридорога, если те будут говорить 10 минут о полезности товара без пауз и с напорисым видом, скажут, что работают с этим на улице только сегодня в целях рекламы, и завтра все опаздают, и упомянут, что фирма, которую они представляют, работает во миогих странах мира и имеет доброе имя. Но эти покупатели легко проходят мимо этого товара, видя его в магазине по адекватной цене. Они легко попадают в сети сетевого маркетинга, но успех в этом не приходит к ним, потому, что они – внушаемые овцы, а не внушители-пастухи. Они не понимают сразу, в первом разговоре, кто перед ними, пастух ли, овца ли, волк ли или кто-то не имеющий и не могущий иметь никаких интересов в стаде. Во всех видится им человек: мыслящий, непредсказуемый, а значит годный на любую из ролей.
Они не умеют убеждать, потому, что не знают, как на самом деле работает механизм убеждения. Они могут быть хорошо проинструртированны, как нужно работать, но это не знание механизма: они не чувствуют жертву, не видят как работает подаваемая ими программа в голове у жертвы – не видят пустоты в её глазах, пустоты в её голове, ведь только на пустоту можно установить свою программу. А не удаётся им познать этого из-за того, что они не готовы увидеть себя в своём слушателе: себя – у которого мозг еле работает, не генерирует ничего стоящего, работает так, как смог бы и компьютер: все истины почерпнуты извне, оценки всего шаблонные, мысленная жвачка из обрывков картин жизни и телевидения... Разумной деятельности нет. Этот человек - биологический робот. Он как личность, как человек разумно мыслящий и непредсказуемый, даже не существует. Он предсказуем, схема вариантов его реакций на ситуацию, его «мыслей», так шаблонна, и так слабо развита, что более похожа при изображении на бумаге на паука с лапками, нежели на фрактус. И если он сам такой «паучок», то других он видит или равными себе, или умнее, непредсказуемее. В чём, собственно, он прав абсолютно. Только он неправ в том, что считает себя разумным, умным. Планка с отметкой «умный, интересный человек» у него из-за такой самооценки, заниженна до предела. Он не может сортировать людей по этому признаку.
Каковы эти люди в разговоре? Разговоры их зачастую лишены структуры: они легко перескакивают с темы на тему, потому, что увлекают их детали беседы, не суть. По той же причине они говорят много слов, говорят очень долго, но ничего конкретного. Хорошо, если смысла набирается на пару фраз. Спорить люди без логики не умеют. Чётко выразить свою мысль им не под силу. Даже полностью будучи стопроцентно правы, они боятся спора, их лицо выглядит обиженно, словно человек издевается над их немощю.