Интервью с Джаредом из польского издания.

В один из июньских вторников у входа в Kesselhaus (Берлин) стоят несколько фанатов. Прохожие заинтересованно разглядывали их, выделявшихся из толпы красно-белым цветом - это польский и немецкий Эшелоны в своих футболках. Интернациональный стрит-тим группы 30 Seconds To Mars только что закончил расклейку стикеров и раздачу листовок, рекламирующих новый сингл группы. И теперь десятки поляков фотографируются друг с другом и приветствуют новых фэнов в красной одежде - они уже знают друг друга через Интернет.

В это время я шла по Берлину на встречу с "виновником торжества" Джаредом Лето - голливудским актером, известным по "Реквиему по мечте" и "Александру", а также фронтменом 30STM, известным по непостоянному характеру и множеством романов. Если верить сплетням желтой прессы - Джаред никогда не говорит о своей личной жизни - он встречался с Линдси Лохан, Эшли Олсен, Пэрис Хилтон, Скарлет Йоханссон и Кэмерон Диаз. Он чуть было не женился на последней. Его фанатки были расстроены, но на их счастье, Джаред и Кэмерон расстались.

Чем ближе встреча, тем сильнее я задумываюсь над тем, какие вопросы задать, а какие нет - потому что известно, что Лето не говорит не только о своих подружках, но и беспричинно избегает вопросов о своей актерской карьере, давая интервью в качестве члена 30 Seconds To Mars. Я убеждаюсь в этом, встретившись с его менеджером и во время разговора с самим Джаредом. Лето "нелегкий" собеседник: использует непростые слова (будто из иностранного словаря), метафоры и сравнения; провоцирует меня, а когда ему не нравится вопрос, отвечает односложно. А "классный" он только когда здоровается со мной и когда прощается...

- Вы на гастролях уже два года по Америке и многим европейским странам, так почему вы до сих пор не приехали в Польшу? Там у вас много поклонников...

- Все просто. Меня не приглашали.


- А фанаты пытаются, даже направили петицию вашему менеджменту.

- Петицию... Серьёзное дело. Что ж, если ваше правительство меня пригласит, я приеду и отыграю концерт. Даже бесплатный. Я хочу познакомиться с неизведанными мной культурами и быть послом Америки, но мне нужно официальное приглашение правительства.


- ОК, но серьезно: вы ведь осознаете, что ваша группа из того разряда групп, у которых не просто фанаты, а believers. [это непереводимо - прим. пер.]. Откуда такая преданность?

- Не спрашивайте о них у меня. Я лишь надеюсь, что это отклик, что они уверены в моей преданности. Как и они, я много раз посвящал свою жизнь 30 Seconds To Mars. Для меня нет ничего выше.

- То есть, если придется выбирать: роль в отличном фильме или гастроли, вы не будете долго задумываться?

- Поправка: я вообще не буду думать. Музыка - самая важная.

- А что такое Эшелон? Я считаю, это ведь не просто фан-клуб. Обычно музыканты не формируют фан-клубы...

- Сначала у нас была мысль показать философию 30STM. У группы всегда были свои символы, графика, цитаты... И они не четкие, а направленные на собственную интерпретацию каждым. Это был импульс для фанатов общаться друг с другом, привязываться. Это заставило их почувствовать, что они принадлежат к чему-то особенному, чему-то непонятному другим.


- Кстати, в Эшелон попасть очень трудно. Нужно иметь рекомендацию от других членов, а если прибавить латынь, загадочные символы и иногда мрачные строчки из ваших песен, то можно принять Эшелон за какой-то культ...

- Вы не первая это говорите. В нашем официальном магазине даже есть футболки с надписью "Yes, this is a cult" ("Да, это культ"). Честно говоря, я немного устал объяснять, что есть Эшелон, и успокаивать всех, что мы не какая-то секта вроде сайентологической церкви, но я повторю: это место, где можно встретить людей со схожими интересами и увлечениями, где чувствуешь себя как дома, независимо от того, белый ты или темнокожий, молодой или пожилой, мужчина или женщина...


- Да-да, однажды я видела 40-летнюю поклонницу вашей группы из немецкого Эшелона, она вместе со своим 18-летним сыном раздавала листовки. А другая делала это со своей 9-летней дочерью...

- Именно! Музыка - универсальный язык. Различия делаются так называемыми экспертами. Я счастлив от того, что наши поклонники это понимают и не опираются на глупые стереотипы вроде "мне сорок лет, поэтому я не должна признаваться, что люблю рок-музыку". Это не так! Если вы много лет жили, слушая Red Hot Chilli Pepers или The Cure, то не рассчитывайте, что когда будете задувать свечи, в вас ударит молния и вы вдруг начнете поклоняться Селин Дион.


- А что получают фанаты взамен за свою преданность?

- Все, что им угодно. Это честный обмен товаров и услуг.

- И вы все ещё часами после концертов подписываете диски?

- Да. Это наша отличительная черта и благодарность людям, пришедшим нас послушать. К тому же, я хочу знакомиться с поклонниками, а не относиться к ним, как к безымянной толпе. Есть люди, болтающие только о своей музыке, а когда дело доходит до фанатов, они неблагодарны и слишком ленивы, чтобы это изменить. Я сказал самому себе, что не стану таким.


- И вы не боитесь, что на подобной встрече толпа может слишком взволноваться, и это будет опасно?

- Как раз наоборот. Скорее, при недостатке общения они захотят его сильнее.

- Какие самые экстремальные поступки делали ваши поклонники?

- Самые экстремальные - это татуировки с символами 30STM. Это такой вечный знак посвящения группе, потому что татуировка обычно делается на всю жизнь, и это способ запечатлеть момент. Как фотография.

- Фотографию можно уничтожить.

- Но то увековеченное мгновение - нельзя. Как и татуировка, это часть твоей жизни.

- Кстати, о неизменном... Вы сожалете, что сначала стали актером, хотя хотели с детства быть музыкантом?

- Это не так... Сначала я хотел быть художником, даже учился в художественной школе. Актерство - это стечение обстоятельств, но нет - я не сожалею, и у меня много планов в этой сфере.

- Но вы отказались играть в фильме Клинта Иствуда, чтобы раскручивать новый альбом группы?

- Да.

- Сожалеете?..

- Нет. (пауза) Клинт все понял. Может, он тоже музыкант. Он разве не играет джаз?

- Очень часто внимание к группе привлекается только из-за вас. Как к этому относятся другие члены группы?

- Они не жалуются. По крайней мере, я не только вокалист, но и автор музыки и текстов, а также арт-директор. Если я ничего не буду делать и покупать внимание, кто-нибудь явно разочаруется. А сейчас... ребята шутят, что внимание направлено на правильного человека, так как я могу с ним справиться, а они - нет. Я обеспечиваю им относительную неизвестность и уют. К тому же, этот интерес преувеличен. Обычно вне Голливуда его не чувствуется.

- Вы когда-то сказали, что иногда вам нужен момент, чтобы остановиться, оглянуться и подумать, имело ли смысл все то, что вы сделали, и достойно ли это чего-нибудь. Это так?

- Я сейчас записываюсь, много выступаю, а фанаты преданны нам, как никогда. Я думаю, что в этот момент я могу без сомнений сказать - да, достойно.