Его даже мать называла Каин,
А я по-особенному: Олег.
Он чаек делил не по группам-стаям;
По крикам.
Отряхивал с шапки снег
И шёл в бесконечность библиотек.
Закрытых библиотек.

Меня отродясь называли Геллой,
А он по-особенному: Эдит.
Садился тогда, когда я сидела.
А я умоляла:
Не надо, не надо за мной ходить,
Не надо так страшно меня любить,
Так поздно меня любить.

И от немого его стона
Дрожала, выкручивалась Земля.
И понижалась на целых полтона
Под страхом бемоля
"ля".