В моей голове есть кусочек вселенной, недоступной никому, моей заветной о Вас тайны и счастья. Там нет ни время,ни языка, ни моего возраста, ни Ваших лиц. Там - бережное июльское солнце в ноябре южных листьев, клубами засыпающих на крылечке вашего дома. Мой милый. Создавая некогда Вас, я добавила в Вас многое, что было присуще лишь мне, не видящей, не знавшей еще людей таковыми, каковы они на самом деле есть или могут быть, или никогда не будут. Я желаю знать Вас таким. Вы часто насмешничаете. На вас белоснежная рубашка, застегнутая на две пуговицы. Вы сидите в своем кресле, которое вынесли на улицу, и вечерами, когда ветер особенно сильный, эти листья, все испачканные сырым солнцем, вплетаются в Ваши волосы. Вы вынуждаете меня смеяться.Вы так и говорите: " это же так легко,попробуй". Выпадающий перламутровыми блестками дождь обрисовывает на земле те же узоры, что я рисую пальцами на Вашей спине, когда вы дремлете, или претворяетесь, что дремлете. Я наблюдаю за каплями взглядом, они играют светом и Вашим пледом, Вы смотрите в стакан, пахнете мандаринами и кофеиновым ядом. Для нас в этом месте нет безысходности. Стеклом, пальцами по краю стола, по краю подоконника, устремившись в окно, на ветви нерешительно распускающихся цветов - ничего этого нет. Я радуюсь каждой Вашей фразе. Это уже - в Вас. Я нарисовала героя, героя-одиночку волшебного летнего мира. Утром к Вам приходит человек ,который доставляет корреспонденцию со всего света: они пишут именно Вам, потому что хотят, чтобы вы помнили, что необходимы им. Чем чаще Ваши длинные пальцы комкают бумагу и разламывают перья, тем чаще они пишут Вам, стремясь сказать, желая напомнить, что тот мир, из которого я взяла Вашу красивую, неприкосновенную часть, все еще, до последнего прекрасен. Вы не читаете их. Я неосмотрительно рву конверты и пою Вам вслух, я сочиняю для Вас из писем песни, белые песни, и тогда уже Вы смеетесь надо мной и, наклонив голову, следите за моими попытками оправдать себя. Я читаю эти строки Вам вслух и усмехаюсь. Этого Вас: интересного, компетентного, единственного во всем и повсюду, по-своему меня любящего, нуждающегося во мне, и, да, прежде всего, счастливого, - я не отдам никому. Потому что Вы сами захотели остаться здесь, в этом рае, написанном мной и утренней водой, пальцами по оживленным деревьям, нашими друг другу редкими строками по золотистым птицам. Я укладываю письма на выступе крыльца и прячу пальцы в Ваши карманы. Черный - теперь не Ваш цвет. Вы - больше не Вы. Ваши колени пахнут давнопрошедшим утром, свежим хлебом и звонким фортепиано. Ваши мечты уносит ветер из пасмурных листьев, а мои - в Ваш дом, где Вы до сих пор пишите свои полотна. И разламываете перья. Ломаете руки. Глумитесь над своими сожженными картинами. Таким - я буду любить Вас вечно. Мой милый, я буду любить Вас вечно.