[700x525]
[700x525]
[700x525]

18 ноября 2008 года. Мы снова в аэропорту, регистрация, паспорт. Народу уже много, вчерашние и сегодняшние. Самолёт подогнали к рукаву вовремя. Садимся в аэробус. Полёт проходит хорошо. Кстати, египтяне кормят в полёте сытно и обильно. Не то, что европейцы, которые на еде стали экономить…
В Каире в 9 вечера. Рейс на ЮАР в час ночи. Выходить в город времени нет. Аэропорт не интересный. Сидим, болтаем с русскими. Народу совсем мало.

19 ноября. Самолет на ЮАР большой, А-330, а народу человек сорок, не больше. Спать всем места хватило, как в первом классе. Утром в разрыве облаков вижу озеро Виктория, Танзанию. Потом снова облака. Прилетели вовремя, полёт занял восемь часов. Время и в ЮАР, и в Египте одинаковое, на час меньше московского.

Итак, мы в ЮАР. Когда-то об этом даже страшно подумать было. Кто застал советское время и интересовался политикой, у того при слове ЮАР возникнет ассоциация «Апартеид». Нас пугали Америкой, пугали Израилем, но страшнее всего был режим апартеида. С ними – ни-ни, никаких отношений!

Для справки. Апартеид – политика раздельного развития рас, которая практиковалась на юге Африки издавна, но в 1948 году была официально узаконена, и просуществовала до конца 80-х годов, а потом, одновременно с нашей перестройкой, была постепенно ликвидирована во время руководства президента Фредерика де Клерка. В период апартеида белые и чёрные жители ЮАР были разделены – запрет на межнациональные браки, лишение избирательных прав, даже отдельные автобусы и скамейки в парках для белых и черных. Конечно, это несправедливо. И против ЮАР были введены международные санкции. (Только вот в США последние расистские законы на уровне штатов были отменены только в начале 21 века, когда никакого апартеида в Южной Африке уже не было… А в Саудовской Аравии до сих пор половой апартеид, когда не только сексуальное, но и самое обычное человеческое общение между мужчиной и женщиной строго пресекается… и никаких санкций…это о двойных стандартах).
Но вот уж чего я не мог предположить в те времена, когда юаровский апартеид был главной страшилкой политинформаций, что когда-нибудь нашу Россию будут обвинять в расизме! А один из водителей нам про это сказал – у вас там расизм… Объяснил ему, что русский народ как раз доброжелателен и гостеприимен, и только небольшие группировки экстремистской молодёжи этим занимаются, но мы таких сами опасаемся и не любим.
Да, если бы наши многочисленные силовики и правоохранители больше ловили действительно опасных расистов и нацистов, а не гоняли «несогласных» демократов или «шакалящих» по интернету в поисках открытой информации для международных организаций учёных… Но с ними проще, они ведь не кусаются…
А настоящие русские патриоты должны дорожить авторитетом России в мире, а не заниматься подсчётом цветных лиц на московских улицах. А наш авторитет зависит не только от ракет «Искандер», добытых баррелей и курса рубля к доллару, но и от спокойствия, комфорта и доброжелательности в стране, как к своим гражданам, так и к гостям. Конечно, проблему нелегальной иммиграции решать надо, и всех подряд пускать в страну нельзя. Но убийства таджикских девочек и перуанских студентов нас к решению этой проблемы не приближают… И в мире зачастую Россию стали ассоциировать с насилием и расовой нетерпимостью… Да ещё с олигархами. Про Абрамовича тоже многие в Африке нам говорили. А так хочется, чтобы в мире нас не боялись или презирали, а восхищались, чтобы говорили, что Россия – умная и добрая. А ведь учащиеся у нас африканские студенты – это наше будущее влияние в мире. И защищать их от ножей и кастетов, от расистских выходок – наша задача. А пока нас пугают Йоханнесбургом, их пугают Москвой…
(современное примечание: прошло 7 лет, и Россия стала ещё более пугающим монстром...хотя и на глиняных ногах).

К теме расовых отношений во время рассказа об Африке неизбежно придётся обращаться. Сразу скажу, что я противник национализма и расизма, и весь мой опыт путешествий и общения с людьми разных стран и народов подтверждает, что хорошие люди есть везде, а дискриминация ничего, кроме бед, упадка и насилия не приносит. Ни расизм белый, ни расизм чёрный народам Африки и остального мира пользы не принесли, один только вред. А Надя после поездки сказала, что мнение о чернокожем населении континента у неё значительно улучшилось. Она всё восторгалась африканскими детишками, фотографировала причёски местных женщин. Сколько фантазии и оригинальности! Да и порядочность и открытость встреченных нами людей приятно удивляла. И мама моя всегда говорила, что в итоге все расы и нации перемешаются между собой. И это хорошо!

Ну вот, теперь от неизбежных размышлений и воспоминаний о политике возвращаюсь к описанию дороги. Итак, аэропорт Тамбо в Йоханнесбурге. Большой просторный зал прилёта. Взял с карточки южноафриканские ранды в банкомате. Спрашиваю о транспорте в Преторию, узнаю цены. Первоначально думал на поезде поехать, но станция далеко, всё равно на такси надо, так проще сразу в Преторию. Аэропорт находится практически между крупным промышленным Йобургом (его так и зовут, даже пишут именно так. Кстати, наш Екатеринбург тоже) и политической столицей Преторией.

Выходим из аэропорта. Воздух приятный, не жаркий, градусов 25. Здесь высота 1300 метров. Надя даже почувствовала её, я нет. Машин разных много. Походили, спросил в будке про такси. Договорились на 400 рандов (40 долларов, считать удобно, как раз десять рандов примерно доллар), водитель сходил на стоянку за машиной, поехали. Вскоре попали в пробку, здесь идёт реконструкция дороги к чемпионату мира по футболу. Движение во всех странах юга Африки левостороннее, английское.
[700x525]
[700x525]
40 километров и ещё немного по городу ехали часа полтора. При подъезде к Претории на холме видишь огромное здание университета.
[640x480]
Сам город не очень большой. Улицы приятные, много цветов. Наш отель «Курт ярд Аркадия», находится в богатом, зелёном и одноэтажном районе Аркадия. Открываются ворота, мы въезжаем.
Отель встречает приветливо. В холле бесплатный чай, угощение. А вскоре и ключи дают. Отель состоит из небольшого центрального здания и множества бунгало. Всё в цветах. Нам там очень понравилось. Есть и бассейн, совсем небольшой, но глубокий, что нам, любителям прыжков и синхронного плавания, как раз подходит. Вечером стрекочут кузнечики, утром поют птицы.
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[525x700]
[700x525]

После заселения отправляемся на штурм Претории. Недалеко от отеля проходит железнодорожная ветка, а я ещё не катался по рельсам в Африке. Изучена взятая в аэропорту карта, и мы пошли на станцию. Рядом школа, стайки симпатичных весёлых девушек идут с занятий. Местные женщины с удовольствием позируют Наде. Подходим к платформе. Эти поезда похожи на наши электрички. Только жёлтого цвета и ведомы электровозом. Народу достаточно много. Подождали поезд, сели, проехали несколько остановок до центрального вокзала. Нас спрашивают, откуда мы. Здесь при слове Россия улыбаются. Газет не начитались… Есть народ и победнее, есть и прилично одетые, с деловыми сумочками.
[700x525]
[700x525]
[525x700]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
Через 15 минут прибыли на центральный вокзал Претории, изучаю расписание, потом идём на автостанцию, с которой завтра уезжаем. Я материализую купленные через интернет билеты в офисе. Отправляемся в город, в его центральную часть.
В отличие от Аркадии, здесь чувствуется настоящая Африка, как Дар-эс-Салам или Лусака. Магазины в тропическом исполнении. Хотя на улице не жарко, просто тепло. И пасмурно, иногда небольшой дождик. Зато идти легко и не обгораем. Климат в ЮАР мне понравился, стало понятно, почему здесь осело так много европейцев. По сравнению со Средиземноморьем в Трансваале повлажнее, запахи несколько иные, но температура комфортная. Сейчас у них конец весны, как наш май.
Народу много, машин тоже. Встречаем колониальные здания. Грязновато. Когда-то тут всё было «только для белых». Сейчас для всех. Попадается и беднота, и деклассированные элементы типа бомжей, поэтому и грязно. Ночью здесь уже лучше не ходить. Хотя Претория, конечно, спокойнее Йобурга.
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[525x700]
После центральной площади поворачиваем на торговые улицы. Потом мимо холма с правительством прошли. В ЮАР интересно – правительство в Претории, парламент – в Кейптауне, его мы тоже видели, а суд – в Блумфонтейне. Разделение властей ещё и географическое.
[700x525]
[525x700]
[525x700]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[525x700]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
Туристов почти нет. Европейцев местных тоже почти нет. Общаемся почти исключительно с чернокожим населением. Постепенно возвращаемся в свою Аркадию. Сразу становится всё чище и аккуратнее. Здесь живут и работают те, кто побогаче. Тоже в основном африканцы, но есть и немного европейцев. Попадаются школы, музеи, арт-студия. Чернокожие мальчишки яростно играют в футбол.
[700x525]
[700x525]
[525x700]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
Начался уже довольно сильный дождь, и даже гроза. Ускоряем шаг, вскоре пришли к отелю. По дороге подобрали пару больших сосновых шишек, они приехали в нами в Москву.
Поздно вечером гуляем уже по территории отеля, она большая и зелёная. Есть и стоянка машин, их владельцы (примерно поровну белых и чёрных) ставят их здесь под охрану. Всё-таки проблема криминала актуальна. Как и в любой стране, где большой контраст между богатыми и бедными, где много и тех, и других. А тем более, ведь многие африканцы по натуре охотники…
Я вечером искупался, Наде вода и погода показалась холодной. Но в номере есть чайник, согреться всегда можно. Чайник в номере был во всех африканских отелях (кроме Лусаки). В этом плюс Африки даже перед многими европейскими странами.
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[640x480]