И.Резголь

Не был ты любимцем фортуны
И болел тем, чем и мы болели.
На гитаре Твоей не струны, -
Обнажённые нервы звенели

Выходя на сцену вразвалку
Из себя не корчил мессии, -
Ты держал в своих чутких пальцах
Гриф гитары и пульс России.

И как Шлиман раскапывал Трою,
Взяв на веру слепого Гомера,
По стихам Твоим внуки откроют
Наши муки и нашу веру.

Нет, Володя, ты не мог умереть.
Это бред, это ложь, это зла круговерть.
Под огнём над обрывом
Ты сражался за нас.
"Где вы, кони? – Кричал.
Мы твердили:"Сейчас,"

Нам потери знакомы:
Пушкин, Хармс, Гумилёв.
Пастернак и Платонов,
Мандельштам и Рубцов.
Маяковский, Есенин,
Друг твой -Вася Шукшин,
Михоэльс был расстрелян...
Список не завершён...

Из столетья в столетье нас хоронят тайком,
Высылают, поносят, песню бьют каблуком.
Список тянется дале, их спасти не смогли:
Виктор Хара и Галич - вот предтечи твои.

Евтушенко не влезет на трон твой пустой.
Он пытался однажды, только трон  был другой.

Весь иззябший, продрогший, и в ненастье ты пел,
Достоять на краю, ты прости, не успел.
Если сердце большое - боль свирепствует в нём!
Значит, боремся, бьёмся!
Значит, любим, живём!
Мы клянемся продолжить все отрезки пути.
Кто-то всё-таки должен мимо пули пройти.


Так сотни лет ведется на планете,
Не научились гениев хранить.
Привыкли мы писать "на смерть поэта".
Всё ж не успев "на жизнь" ему сложить.
О, это богом проклятое время!
Так быстро разбиваются мечты…
И покидают бардовское племя:
Хара, Галич, а теперь и ты!

За этот текст спасибо Jura Zankin