
– Допустим, ты тряпка, Фрэнк. Что это значит? Скажи мне. – Значит, что я неудачник. Не мужчина. – Он говорил так тихо, что я еле разобрала его ответ. – А вот и нет, Фрэнк, ты ошибаешься, – заявила я, как никогда в жизни уверенная в собственных словах. – Ты ошибаешься, Фрэнк. Это вовсе не значит, что ты не мужчина. А знаешь, что это на самом деле значит? Ровным счетом ничего. Он растерянно заморгал. Прежде я ни разу не говорила с ним таким тоном. – Послушай-ка меня, Фрэнк Грекко, – сказала я. – Если ты трус – предположим чисто теоретически, что так и есть, – это ничего не значит. Возьмем, например, мою тетю Пег. Она алкоголичка, не умеет себя контролировать. Выпивка портит ей жизнь и приносит кучу бед. И знаешь, что это значит? Ничего. Ты считаешь ее плохим человеком? Неудачницей? Вовсе нет, просто она вот такая. С ней случился алкоголизм, Фрэнк, только и всего. С нами случаются разные вещи. И мы такие, какие есть, тут уж ничего не поделаешь. Или вот мой дядя Билли – тот попросту не умел держать слово или хранить верность. Но это ничего не значит. Он был прекрасным человеком, Фрэнк, и при этом совершенно ненадежным. Но это ничего не значило. Мы все равно его любили. – Но мужчина должен быть храбрым, – возразил Фрэнк. – Кому должен?! – почти заорала я. – Женщины тоже должны быть скромными, а ты посмотри на меня! У меня было столько мужчин, что и не сосчитать, – и знаешь, что это говорит обо мне как о человеке? Да ничего, Фрэнк. Я просто так живу. Ты же сам сказал, Фрэнк: мир не черно-белый. Так и сказал в первый же вечер. Так приложи свои же слова к собственной жизни. Не бывает универсальных правил, которые подходят всем. У каждого своя природа. И с каждым случается нечто такое, что мы не можем контролировать. С тобой случилась война. Ты не создан для войны, ну и что? Да абсолютно ничего, черт подери. Прекрати себя терзать. Город женщин Элизабет Гилберт |