В колонках играет - FinntrollНастроение сейчас - аппетитоотсутствующееДва дня рождения и Новый год. Многовато для одной недели – недели бутербродов. Этот запах – запах бутербродов – преследует меня, он вездесущий, этот дух комбинированной снеди, аромат малых кулинарных форм, фимиам локального сосредоточия офисного питания. Он – одна из инкарнаций мирового упадка, признак приближения конца света. Запах апокалипсиса кулинарии. Что такое совершенство? – для меня это отсутствие этого запаха.
Как все бытовые культы, культ бутербродов имеет своих жрецов. Они есть в каждой приличной организации, они соединяются в жреческие коллегии, так называемые бутербродные команды. Каждую команду возглавляет старшая жрица – бодрая женщина средних лет с ветеранским блеском в утомленных глазах. Она умеет все: резать длинные батоны со скоростью японской хлеборезки, двумя движениями намазывать двадцатисантиметровый ломоть хлеба с четырех сторон, комбинировать разные кусочки в удивительные композиции, которые превосходят многие инсталляции европейских музеев модерного искусства.
Она – мастер бутербродной икебаны. Ее опыт насчитывает изготовление десятков (иногда – сотен) тысяч бутербродов для всех случаев жизни и смерти. Она гордится своей жреческой властью, она обучает младших жриц. Подсознательно она уверенна, что оформление бутербродов есть важнейшее дело женского бытия. Отсутствие сексуального мастерства можно легко компенсировать бутербродным искусством – мужчины могут извинить все, кроме невкусного бутерброда.
С каким презрением они смотрят на меня – ошибку природы, «недочеловека», ведь мне не удается сделать ничего путного – ни тонко нарезать батон, ни приготовить приличную намазку, ни положить шпротину на лимончик так, чтобы подсолнечное масло рыбки насыщало лимонный диск равномерно, прибавляя жирного блеска стронциановым отекам фруктовой плоти. Взглядами они дают мне прочувствовать мое ничтожество перед бутербродными алтарями офисных ритуалов….
Два дня рождения. И Новый Год. И католическое рождество. Для полноты картины не хватает только похорон.