[410x268]
Украина готовится вступить в НАТО. И Америка готова ей в этом помочь. Что происходит с миром? Это что, новая архитектоника мира или наступление НАТО, начало войны?
Все так спокойны, словно у нас есть супероружие, и потому никакое НАТО нам не страшно. Да и зачем нам армия, если НАТО будет стоять под Курском в 500 километрах от Москвы?
Что это: политика силы? или мир с позиции силы?
Я бы поверил в благие намерения НАТО, если бы не было бомбардировок Югославии и Афганистана, если бы не было оккупации Ирака.
Два года назад в передаче «Что делать?» говорили о членстве Украины в НАТО гипотетически. Теперь это без двух минут реальность.
Я отслужил три года на подводной лодке, учебка была в Николаеве, стажировались в отряде подводного плавания в Севастополе. И теперь представить, что Севастополь станет базой НАТО…

Кажется, уже не нужны ни армия, ни ракеты. Сражения весьма успешно выигрываются дипломатами почти без единого выстрела.
Очевидно, что горячие войны сейчас не актуальны, ибо ядерное оружие не может быть применено. Есть масса других способов принудить противника к уступкам и поддержке своей политики.
Может быть, России вступить в НАТО? Так ведь не берут. Возникает справедливый вопрос: Почему? Может быть, потому что не могут жить без врага? В известной повести Гарри Гаррисона «Неукротимая планета», написанной ещё в начале 70-годов прошлого века, весьма талантливо раскрывается мысль о том, что причиной противостояния и борьбы является инстинктивный страх, и стоит его преодолеть, как наступит мир. А может быть, они любят страх?
Различие не должно порождать страх, ведь различие есть основание гармонии.
Почему Россия опять оказалась фактически одна против объединённой Европы, как это было двести и семьдесят лет назад? Очевидно, дело во внешней политике. Вот он – закономерный итог распада Советского Союза. Вместе с утратой СССР утрачен баланс, тот стратегический паритет, который и обеспечивал пол века относительно мирной жизни.
Говорить сейчас о военном противостоянии, о борьбе до победного конца просто глупо, когда силы столь неравны (1:10, а то и больше). Будет ли кто-нибудь слушать писк муравья под ботинком, даже если этот муравей умеет кусаться? А мы всё грозим пальчиком Европе.
Разумеется, я против войны как способе разрешения всевозможных споров. Войны уже не являются методом решения мировых проблем. Или я ошибаюсь?
Я ничего не имею против демократии, если она не ведёт к войне. Но НАТО уже фактически под Курском, а мы сокращаем срок службы по призыву. Где логика?
«Хочешь мира, готовься к войне» – эту заповедь древних римлян надо помнить и нам.
Неужели история повторяется в начале каждого века и опять происходит передел мира? Вопрос не без основательный, особенно если учитывать вторую часть известного фильма «Дух времени»
http://rutube.ru/tracks/372885.html?v=1106b56a5a4d73565835c844ed1b663f
Что же происходит с миром? Объединяется мир или ещё больше разъединяется?
Конечно, вся Земля нам дом. Но квартиры у всех разные. Кто-то живёт в пентхаусе, а кто-то безвылазно ютится в подвале.
А может быть, происходящее всего лишь захватнический передел земель и ресурсов?
Известно, что для поддержания высокого уровня жизни в США уже не хватит всех ресурсов Земли. А люди хотят большего, хотят жить ещё лучше.
Сейчас речь уже идёт не о завоевании страны и подчинении народа, а о смене управляющего по известному американскому принципу: «пусть он «сукин сын», но это наш «сукин сын».
А как же мы, простые люди, должны к этому относиться? Простым людям всё равно, какое правительство у власти. Для них важно, чтобы жизнь была лучше. И дело уже не в форме правления (будь то демократическая республика или конституционная монархия), главное для людей это свобода и высокий уровень жизни.
Я считаю себя патриотом. Я любил свою Родину: Крым, Пицунду, Гагры, Сухуми, Киев, Минск. Но теперь это уже не моя родина. Что же мне теперь любить? Что же такой патриотизм?
Иностранцы весьма эффективно управляют принадлежащими им бывшими российскими предприятиями и даже платят более высокую зарплату. Может быть, мне их любить за то, что они обеспечивают мне более лучшую жизнь?
И стоит ли любить тех управляющих, которые хотя и россияне, но не могут обеспечить своим работникам достойного уровня жизни, сами при этом проживают в других странах, а заработанную россиянами прибавочную стоимость вкладывают в иностранные банки и предприятия?
Я люблю Россию, но не «странною любовью», о которой писал Лермонтов. Я люблю и Египет, люблю Финляндию, Швецию, другие города и страны.
Нужно бороться не за «лаптевый» патриотизм, а за высокий уровень жизни. Тогда и с патриотизмом будет всё в порядке. Соотечественники в Прибалтике, при всём возмущении статусом неграждан, не торопятся возвращаться в Россию, поскольку материальный уровень жизни там выше; иначе бы все уже давно вернулись.
«Рыба ищет где глубже, а человек где лучше». И надо сделать так, чтобы в России жилось лучше, тогда и любовь к Родине возникнет сама собой.
Патриотизм для меня начинается там, где мы не хуже других, и заканчивается там, где утверждаем, что мы других лучше.
Патриотизм – это не просто гордость за свою страну, но за достижения своего народа, за то, что мы сумели создать что-то, чего не сумели другие.
Нельзя в наше время глобального мира мыслить местечковыми категориями. Нужны образы Единого Человечества без государственных границ и таможенных постов.
Мир становится глобальным, с этим уже мало кто поспорит. Спорят лишь о моделях этого глобального мира. Каждый предлагает свою модель будущего мироустройства. Есть американская модель (федеративная), есть европейская (конфедеративная). Европейская мне кажется более привлекательной, потому что более справедлива и основана не на силовом методе объединения.
Можно принять модель европейского устройства мира на основе конфедерации, можно федеративную американскую. Важно лишь, при какой модели будет лучше жить простым людям.
Россия пока не смогла предложить свой – «русский проект» будущего мироустройства.
Воевать нельзя – нужно договариваться!
Воюют не люди, воюют Идеи душами и телами людей.
Философ выше политика (вспомнить хотя бы изгнанного Платона, убитого Сократа и других). А выше он потому, что заботится не столько о своей личной судьбе, и даже не о судьбе своего народа, сколько о судьбе мира в целом. И сейчас как раз речь идёт о судьбе мира, а не отдельной страны.
Или всё дело в экономических, и, как следствие, политических интересах богатых людей, стремящихся всеми способами сохранить своё привилегированное положение и подчинить одних интересам других?
Нам предлагают идеологию подчинения или идеологию сотрудничества?
Если это в очередной раз силовой передел мира, то миру конец. Если же это попытка объединить мир, то закономерен вопрос: на каких принципах? Тогда слезинка ребёнка недопустима, не то что методы тюрьмы Абу-Грей.
В этом мире нужно быть сильным или можно быть слабым?
Я не особо верю во всемирное братство людей, хотя и хочется верить. Боюсь, дело здесь не в обеспечении нормального прожиточного минимума каждому жителю планеты¸ не в экономике, а в человеческой природе, в которой всегда были и будут зависть, соперничество и господство.
Возобладает ли человеческий разум над силой инстинкта? Не знаю. Я не очень верю в человеческий разум. Люди в большей степени животные, и подчиняются инстинктам. И хотя человеческий разум слабая надежда, другой у нас нет. Разве только инстинкт самосохранения.
Я уверен, что любой объединитель мира руководствовался благими намерениями, неизбежно, однако, приводящими в ад войны. Бисмарковская Германия, объединённая железом и кровью, закономерно породила фашизм.
«А мы попробуем любовью», – писал Тютчев.
Можно ли достичь гармонии без опоры на трансцендентный Смысл? Думаю, вряд ли. Именно поэтому вселенская гармония не может быть построена на слезинке ребёнка. И это не метафора Достоевского, это нравственный императив, императив Смысла. Ибо я считаю, что нравственные законы не есть произвольные установления людей, а отражение космических законов. И не нужно ничем жертвовать, тем более меньшим во имя большего, – нужна гармония! Гармония как равенство и разнообразие необходимого. Если жертвовать малым во имя большего, то как тогда большее сможет существовать без малого? Ведь большее и возникает из малого.
Мне кажется, универсальная модель человеческого сообщества должна базироваться на трёх основных принципах: 1\ принцип индивидуальной свободы (необходимость свободы), 2\ принцип любви (необходимость любви), 3\ принцип солидарности на основе справедливости (когда «каждому – своё»).
Я убеждён, что гармоничный мир может быть построен только на любви. Именно поэтому и потому что ЛЮБОВЬ ТВОРИТЬ НЕОБХОДИМОСТЬ!

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература