Цитата номер раз)

- Баженов, садись! – шепнула Наташа, дёргая Лёньку за рукав, - Чего застрял?
- Да так, засмотрелся.
- На Марианну засмотрелся, да? – шутливо насупившись, спросила Наташа.
- Угу.
- А я?
-А что – ты?
- Как ты мо-ог? – протянула Наташа, - Ты обидел Та-ату! Ты не любишь Тату!
- С чего ты взяла… - начал было Лёнька.
- Ну ты же любишь Марианну! – перебила Наташа.
-Да не люблю я её!
- Любишь!
- Нет.
- Баженов, прекратите очаровывать Талкевич! – в эту секунду произнесла Марианна, - не могли бы встать и донести до общего сведения тему столь горячего обсуждения?
- Могу, конечно. Почему бы нет? – Лёнька встал, спокойно оглядел замершую, приготовившуюся к представлению группу, выбирая себе жертву, и, наконец, внимательно поглядел на Марианну, - Мы тут спорим, кто такой Фельдшмихель. Вы нам не подскажите?
- Ну… - Марианна мгновенно поняла, что Лёнька, по своему невыносимую обыкновению, умудрился в одну секунду поставить её в нелепое положение. Она не то, чтобы не помнила, она просто не знала, кто такой Фельдшмихель! Но надо было выкручиваться не роняя своего преподавательского достоинства, которым молоденькая Марианна очень дорожила.
- Я совершенно уверена, что Фельдшмихель – известный немецкий политический деятель середины двадцатого века. – как можно уверенней произнесла Марианна, - Стыдно этого не знать, Баженов!
- И она внимательно посмотрела на него: угадала или нет?
А он, встретившись с нею взглядом, удержал готовые сорваться с языка слова, и сказал совершенно другое:
- Точно, это немецкий политик.
Хотя на самом дела так звали толстого и наглого, известного всему корпусу кота гардеробщицы бабы Дуси, названного так, потому что слово смешное.