После взрыва в ночь на 21 января в нашем ауле Новая Адыгея, про который узнала вся страна, я уже не живу легкомысленно. Сделала в квартире перестановку, убрала от окна все ценное, все мои художественные материалы. Сложила диван, поставила его у двери. На плотные шторы прикрепила листы звукозащитного поролона, который остался со времен, когда я мастерила себе студию звукозаписи. Спать ухожу на кухню. Там балкон, с которым я как за дополнительной защитной подушкой. Диван придвинула к двери, сплю на нем головой у двери. Повесила плотные шторы и сюда. 

Сегодня проснулась в 5 утра от звука ракеты. Вскочила на автомате, побежала сразу в ванную. Там у меня есть лючок, через который я слышу небо. У меня 4-й этаж, шахта с трубами идет так, что до моего этажа воздух доходит беспрепятственно. На мне это дело и заканчивается, ниже народ уже неба не слышит. Так вот, припала я ухом к небу и четко слышала звук ракеты. Звук был сильнее и ближе, я уже начала готовиться к худшему, но потом звук стал отдаляться и через несколько секунд прозвучал сильный взрыв, далеко от нашего аула, где-то в Краснодаре. Собственно, от нашего аула до центра Краснодара 15 мин на машине, чтоб вы понимали. Поэтому я всем говорю, что живу в Краснодаре. Наверное, поэтому мне мало кто звонил 21 числа спросить, как я. Потому что по телевизору говорила про аул Новая Адыгея. Даже моя мама не знает, где я живу, это 100%. Но она мне не звонит по другой причине. 

В общем, настрой так себе в этот период. 

И вдруг получаю письмо от композитора Владимира Угличина, с которым я счастливо посотрудничала в прошлом году. В этот раз он предложил мне написать тексты для его новых арий на русском языке, не итальянском. И уже две кантаты я сочинила, они короткие. Я словно в другой мир попадаю, когда ухожу в творчество. Оно реально вытаскивает из всех печалей и тревог.