[305x428]
Вчера я умудрилась так быстро накрыть на стол, что осталось ещё часа полтора до Нового года, и я засела гамать в ВК, пока не началась речь Путина. Впрочем, к этому времени кроме меня за столом всё равно ещё никого не было, и подтянулись все только к бою курантов. Вяло прокричали «ура», папа вскрыл советское шампанское, пробка пролетела в нескольких сантиметрах от маминого уха и отрикошетила от стены, после чего укатилась под шкаф, а пол залило пеной, и её бросилась подлизывать собака. На некоторое время комнату наполнил дивный запах, но потом шампанское вытерли тряпкой, и он улетучился. Больше одного стакана на душу (с учётом того, что пили только мы с папой, а они с бабушкой воздержались) мама не позволила, и я под салатик оливье (больше ничего есть не хотелось) незаметно для самой себя выхлестала из горла в одни щщи цельную бутылку кумыса, ибо палить то, что мне подарили (а дарят с каждым годом всё меньше и меньше!), мне совсем не хотелось (к тому же я всё уже перепробовала и достигла необходимой для празднования консистенции). Загремел салют, которого всё равно из наших окон не было видно, и собака, чтобы он не лаял, я поспешила заткнуть сушёным бараньим ухом, которое он и принялся грызть. Потом мы спохватились, что ещё не подарили друг другу подарки, и начали с папы. Осмотрев турку и пачку кофе, он не сразу, однако всё-таки угадал после некоторых наших намёков, что в упакованной коробке – мангал. Потом папа вручил мне сумку, в которой я нашла большую коробку конфет (спрашивается, нафига?), прикреплённые к ней скрепкой полторы тыщи рублей (негусто, но если что, придётся отказаться от покупки Сумерек) и пакетик, в котором оказались маленькая металлическая мышка, этакая пародия на оловянных солдатиков, и завёрнутая во многие слои бумаги маленькая керамическая такса (скоро у меня будет целая коллекция такс из разных материалов).
Маме и бабушке он подарил по керамическому колокольчику в виде мышек – маме побольше, бабушке поменьше. Короткий отдых – и настала очередь утки с жареной картошкой, которая получилась у меня очень вкусная, так что я собой горжусь ) Ещё короткий отдых – и пришло время чаепития с тортом, так же чертовски вкусным, и конфетами. Поскольку папа к этому времени уже пошёл спать, сладости поедали только мы с мамой. Потом мы просто сидели перед телеком, пока в половине третьего бабушка не ушла спать, и я не смогла переключить Голубой огонёк на 2x2. Ещё спустя полчаса спать ушла мама, и я получила уникальную возможность смотреть мультики до пяти с копейками часов. Потом мне надоело, я вырубила телек, распрощалась с самыми стойкими завсегдатаями аськи, почистила зубы, почитала журнал и в районе шести утра легла спать. Что мне снилось, не помню, хотя мне положительно что-то снилось; собак, которому было наплевать на моё похмелье, разбудил меня в час дня, дабы я с ним погуляла. Позавтракав остатками оливье, я посредством днёва выяснила, что в прошлом году 1 января я проводила на Поклонке, и решила было поначалу не изменять сей доброй традиции. Посему я вывалилась на улицу и направилась к автобусной остановке; на дворе – мороз кусает за подбородок, а на газонах – зелёная трава и жалкие проплешины талого снега. Русская зима называется – конфетти на асфальте больше, чем снежинок!.. На остановке меня вскоре подобрала сороковушка, однако, проезжая мимо парка Победы, я отметила, как там немноголюдно и скучно, и что-то мне подсказало, что ближе к центру должно быть повеселей. Посему я доехала до Киевской, спустилась в подземку, поехала в центр и, поскольку в третий раз за четыре дня ехать на Арбат мне не хотелось, доехала до Александровского сада и там вышла к Библиотеке.
Нырнув в подземный переход, вскоре я оказалась непосредственно в Александровском саду, где вытянулась длиннющая очередь родителей с их замёрзшими в хлам чадами, пришедших на Кремлёвскую ёлку. Очередь пришлось обходить и уже потом держать путь к Красной площади. Чем больше сгущались сумерки, тем больше народу попадалось мне на пути – выспавшись и протрезвев, люди, очевидно, так же, как и я, решили проветрить мозги. Собственно на Красной площади вообще было форменное столпотворение – я, конечно, люблю послепраздничную сутолоку, но человеческие массы, движущиеся вокруг меня во все четыре стороны, – это уж слишком! Единственными островками спокойствия были лишь группы людей, тщетно пытавшихся сфотографироваться на фоне столичных достопримечательностей. От нефиг делать я протолкалась к катку, который наконец-то открыли для обозрения всем зевакам, и сначала пожалела, что забыла фотик, а потом пожалела, что не умею кататься на коньках. Наконец, отлипнув от бордюра, я ради успокоения совести дошла до Минина и Пожарского, огляделась в поисках дальнейшего маршрута своей прогулки, вспомнила, что ещё ни разу в жизни не была в ГУМе aka ЦУМе, и направилась туда. Однако даже главный магазин страны был закрыт, и я просто двинулась дальше по Ильинке. Вскоре я наткнулась на старинный храм пророка Илии, в который так же ещё ни разу не заходила, и зашла в него. Перво-наперво я, как обычно, упомянула всех своих прабабушек и прадедушек в записке за здравие, и тут старушка, продававшая свечи, привязалась к имени Арина – странным оно ей показалось. Пока я возражала, что Арина – вполне русское и православное имя, дотошная бабуля достала откуда-то толстенную потрёпанную книгу, распахнула её, долго в неё вчитывалась и заявила, что в списках такого имени нет и что не могли, ну просто не могли мою прабабушку таким именем окрестить.
И тут за окном начали бить куранты, началась вечерняя служба, я плюнула на претензии старушки и прошла в храм. Мне там очень понравилось – каменные стены и пол, помнящие ещё Бориса Годунова, кромешный полумрак, из-за чего даже на огонёк свечи глазам было больно смотреть, и пение хористов доносилось словно откуда-то издалека и сверху. Отстояв службу, я вышла на свежий воздух, где было уже совсем темно и на небе видны были звёзды – не иначе как к усилению морозов. Я пошла дальше, мимо Минфина, и вскоре, завернув за угол, увидела длинный фасад Политеха и далее – Дом игрушки. Воистину все мои дороги теперь ведут туда!.. Я вошла в подземный переход со стороны, противоположной той, где я раньше в него входила, и пошла по нему, удивляясь, какой он длинный, сколько в нём всякой любопытной всячины и как я могла раньше её не замечать. В частности, мною был обнаружен прилавок с 200-рублёвыми некрашеными оловянными солдатиками, вроде тех, что продавали на ВДНХ и на последнем этаже Дома игрушки, только здесь ассортимент был больше и, хоть самураев здесь и не было, было много других порадовавших меня солдатиков. Дойдя же до конца перехода, я чуть кондратия не получила: мне показалось вдруг, что моя любимая палатка с фигурками была самой крайней, а теперь там была палатка с едой, что означало, что фигурки мои исчезли. Однако страхи мои не оправдались – желанная палатка оказалась второй от конца, фигурки были на месте, вот только продавца на месте не было, как и во всех остальных палатках. Присесть перед ними на корточки я не смогла, ибо там была лужа, и отправилась в метро, а там – от Лубянки до Библиотеки, а оттуда – на Александровский и до дома. В переход этот я ещё вернусь – за 200-рублёвым орком на вепре и как минимум за тремя 65-рублёвыми фигурками, но сначала, то бишь завтра, отправлюсь в Металлург за второй частью Рукописи и в Урфин Джюс за каким-нибудь сувениром.
Осложняются эти планы тем, что как раз с завтрашнего дня прерывает работу моя станция метро, и мне придётся пользоваться всяческими маршрутками и автобусами. А пока я добралась из разведки на родную Молодёгу, поленилась заходить в Брест выяснять сеансы на пятницу, помёрзла на автобусной остановке и на автобусе доехала домой. Теперь вот новости смотрю, потом буду смотреть Джексоновского Кинг-Конга, которого я смотрела в кино, но хочу увидеть ещё раз. До завтра, родные! А новым ПЧ в новом году привет! Добро пожаловать, Child_of_Freedom89, Navaon, Мор_Мерридук и серж_данилкин! )