Человеку, как представителю единственной известной на сегодняшний день формы разумной жизни, присуща некая двойственность, замеченная еще мудрецами древности. Объяснить ее смогли лишь сравнительно недавние исследования в theoretical computer science.
Итак, человек. С одной стороны — склонная к каннибализму всеядная обезьяна, развившая мозг благодаря попыткам ответить на вызовы, брошенные природной средой сначала на Южно-Африканском нагорье, а затем и в старушке Европе. С другой же — разумная сущность, отражающая в своем сознании громадную Вселенную со всеми ее взаимосвязями.
И именно эта дихотомия определяет два наиболее различных образа действий Homo sapience, два самых далеких друг от друга этоса.
Итак, обезьяна. Просто поразительно, как тесно связана с теорией эволюции ее ламаркистская, а не дарвиновская трактовка. В представлении большинства людей к вершинам эволюции, а значит, и к обретению разума, движутся те, кто сообразительней, кто лучше обучается и передает навыки потомству.
Однако в мироздании все отнюдь не так оптимистично. Вместо цепочки все более и более умелых существ, которые последовательно строят муравейники, норы, бобровые плотины и хатки, — беспощадная природа с когтями и клыками. Его Величество Естественный Отбор.
И вот последний гвоздь в крышку ламаркизма недавно вбила theoretical computer science, тот ее раздел, который принято называть Artificial Life. Моделирование живых организмов вместе с окружающей средой. Моделирование естественного отбора.
Так вот, моделирование показало, что ...