Серая ночь сменилась не менее серым, но подающим надежды днём, когда Он, благодаря Madre и своему упорству, наконец продрал глаза. Солнце за окном только всходило на трон. Очевидно так же, как и Он - невыспывшееся и весьма злое, что обещало сравнительно тёплый денёк. Если бы не одно "но". Весь день Ему суждено было провести рядом с запахом старости и смерти, рядом с теми, кто своим упорством вгоняет в бешенство медсестёр и заставляет "охать" родных. Ему предстоял день в больнице.
Это была обычная регистрация нового планого больного, однако оная заняла всего-то... два с половиной часа. За это время Он насмотрелся на старых евреев, пытающихся установить свои клановые опрядки в отделении, на стариков, только отошедших от инфаркта и уже рвущихся на работу, на таких же как Он, людей, чьи сердца заманил сюда Военный Комиссар.
День прошёл успешно? Вполне.
Прыжки с высоты кардиодных сетей -
Что может быть лучше для страсти моей?
Что может быть хуже для звёзд и погон?
Что может сравниться c больницей? Загон?
Быть может, кто знает, что ждёт за спиной -
Там добрый хирург или слабый больной?
"Там Смерть или Жизнь?" - задаю я вопрос.
В ответ тихий шёпот: "Там дым папирос".
Взгляну им в лицо, хоть не видно их глаз.
Я знаю - отправят халаты в палату сейчас.
Последний глоток перед криком: "Отбой!"
Последние вздохи - сирен синих вой.