Это цитата сообщения Boss_shadow Оригинальное сообщение

СЕМИНАРСКИЙ ФОЛЬКЛОР

Почему-то забыл, что еще не полностью выложил архив Бурсака.ru. Исправляюсь.

Изречения Инспекции, часть I

* * *
Семинарист в панике влетает в спальню, где беззаботно расположились его друзья, и поднимает тревогу:
— Атас! Кекс идет! (Кекс — прозвище бывшего старшего помощника инспектора, который ныне уж архиерей — B.s.).
За его спиной открывается дверь спальни и раздается знакомый голос:
— А я уже пришел...


* * *
Отец Федор (сам про себя):
— Отец Федор все-о-о слышит! У него уши — где полоожено! Справа и слееева! От головы...


* * *
Он же (в ответ на просьбу выйти из столовой):
— Садитесь, садитесь, братец, на место! Вы — такой же другой, как и все остальные!


* * *
Жиров внушает какому-то семинаристу:
— Надо слушаться отца Федора, братец! У него, видишь, голова-то какая большая? Во ве-е-есь стол!


* * *
Кекс осматривает студенческое общежитие Семинарского корпуса. Заходит в одну комнату, в другую. Наконец, дошел до комнаты ##.
— Ну, хых, как вам здесь живется, рабы Божьи?
— Все нормально, спаси Господи, — отвечают все обитатели спальни. Только один воспитанник не стал смиряться и заявил:
— У нас тут плесень в углу какая-то черная растет, может для здоровья вредно?
На это Кекс снова «хыхнул» и выдал:
— Это, раб Божий, не плесень. Это — ИН-ТЕРЬ-ЕР!


* * *
Двое студентов мечтали уехать из Системы перед самой Пасхой с тем, чтобы помолиться совершенно в другом месте, и в более дружественной атмосфере. Естественно, они тут же столкнулись с проблемой в лице Страпома. Он отказал обоим студентам на том основании, что они числились в списке поющих на освящении куличей в Великую Субботу.

Один из двух огорошенных певцов решил проверить информацию. Подойдя к Стене плача (см. Глоссарий), он действительно обнаружил там бумажку с собственной фамилией, но к своей радости в конце длинного списка красовался параграф, озаглавленный «Резерв». В числе резервных певчих находилось не менее двадцати персон, что заставило сердце несчастного воспитанника сжаться от радости. Полный самых конструктивных идей по поводу своей (и приятеля) замены кем-нибудь из «резервистов», он направился в кабинет Старпома.

Тот, однако, не поддался на уговоры и изрек:
— Хых, раб Божий! Резерв у нас для чего предназначен?
Потом начальство подождало ответа, который так и не прозвучал, и выдало гениальную аксиому:
— Резерв, раб Божий, у нас для того, чтобы быть в резерве!


* * *
(О пользе изучения Катехизиса)

Кто-то из «старцев» (опять же, см. Глоссарий) в порыве возмущения нечестивыми надписями в «аквариуме» (так называется застекленная будка вахтера) решил всех призвать к благочестию и написал на стене:
— Бога побойтесь!!!
Уже через несколько часов рядом красовалось продолжение:
— Царя почтите...


* * *
Мих-Мих (еще один помощник инспектора — B.s.) прерывает чтение Житий в столовой, читает свои объявления:
— По северной стене дежурит такой-то, по восточной такой-то, в столовой несут послушание...
Наконец, помощник закончил свое дело и удалился.
Чтец Житий снова уткнулся в книгу и изрек:
— Сказав сие, бес исчез.
Дружное ржание. Занавес.


* * *
Василич (еще один помощник инспектора — B.s.), подняв указательный палец:
— Сегодня в Актовом зале будет показан ДОКУМЕНТАЛЬНЫЙ фильм о творении мира!


* * *
О.Н. объясняет студентам как совершалась одна из жертв в Ветхом Завете:
— Они приносили в жертву ПЕЧКИ И ПОЧЕНЬ...
Ржание.
— Нет-нет! Почень и печки...
Ржание усиливается.
О.Н. (устало):
— Извините, братья, у меня вчера был престольный праздник...


* * *