*из воспоминаний Винсента Ришелье*

Я проснулся в холодном поту, и что-то внутри еще не перестало судорожно хвататься за воздух. Перед глазами все еще стояла девушка-нимфа, поднимающаяся над поверхностью воды. Куда она идет? В небо?
Я тряхнул головой, отгоняя полуночный бред. За окном уже взошло солнце и доносился шорох суеты, какая может быть только в маленьких провинциальных городах. В столице утро похоже на рой ос, несущихся по своим делам, а здесь…
В дверь постучали.
Черт, ну почему они не могли подождать хотя бы пять минут?! О, если этот город так грязен и отвратителен, то почему ему не оставить меня в покое? Я поднялся с кровати, которая недоброжелательно скрипнула, кое-как оделся, но волосы… Стричь, стричь и только стричь, а с модными локонами по провинциям не погуляешь.
- Какого дьявола вам надо? – мне показалось, что вежливый тон как-то не соответствовал словам…
- Простите, господин Ришелье, но я думал, что вы уже встали…
- Который час?
- Половина одиннадцатого.
Проклятье! Полдня коту под хвост… И никто не мог разбудить… Я откровенно злился, потому что головная боль, которая соизволила внезапно о себе напомнить, и кошмар, который все еще не хотел забываться, действовали на нервы. Хотя никаких дел у меня не было и быть не могло, а в столицу я не торопился, следовало успокоиться и поехать на прогулку верхом. Вечером я обещал посетить губернатора.
Тут я вспомнил о ресторанной певице, проступившей как бы сквозь сон.
- Господин Ришелье?
- Простите, задумался,- какой-то я вообще рассеянный стал.
Передо мной стоял невысокий слуга в потрепанной ливрее, держащий в руке пару конвертов, и нервно смотрел в мою сторону. Интересно на кого я похож?
- Так что вы мне хотели передать?
Слуга внезапно смутился и потупился.
- Ну, это ваши письма, а еще губернатор просит вас выступить на сцене нашего городского театра. Понимаете, к нам так редко приезжают гости…- маленький человечек смущенно затеребил ворот ливреи,- Горожане были бы рады, увидеть вас…
- Но как? Я же не могу…- Внезапно меня поразила мысль. Что я никогда не играл на сцене один. Сам с собой, – так быстро подготовиться, так что через пару дней я с удовольствием, а сейчас вы меня простите, но я желал бы привести себя в божеский вид и пойти на прогулку.
- Да-да, конечно. Не смею вас более задерживать.
Он кивнул, и каблуки застучали по шатким ступенькам гостиничной лестницы.
Я еще пару минут посмотрел ему вслед с какой-то ностальгией, а потом в зеркало уже на себя и с ужасом…
Отвратительное утро. Какие-то письма в конвертах я бросил прямо на незастеленную кровать. Потом прочитаю, когда вернусь, а может, и вовсе сожгу в камине внизу. Письма всегда красиво горят, особенно когда в них хранится чья-то память и чувства.
Меня привлек только запах духов, иначе я бы даже и смотреть не стал эту будничную писанину…