"Для мыслящей машины безразлично, с каким знаком - плюса или минуса -
исследуется проблема. Не все ли равно, к примеру, когда человечество полюбило
санный спорт? Или почти все равно. Машина не ведает ни сожалений, ни раскаяния, ни чувства сины. единственное условие ее безотказной работы - вовремя поданное питание..." - писал Г.Миллер

Жрущее, жующее, питающееся, срущее человечество,
снаружи, и человек, наедине с самим собой, пачкой
данхил, чашкой чая, окном, занавсками, в комнате, внутри.

Свет уже давно не горит, лампочка вывернута.
И человек, наконец, не обязанный постоянно реагировать
на раздражители этого мира, не обязанный идти никуда,
спокойно сидит, курит, пьет чай, и думает. при этом процесс мышления
самостоятелен, не обусловлен рефлексией и страхом.

Игры больше нет, возня снаружи никак его не трогает,
этот род спокойствия рождает смерть.
когда осознаешь, что ничего никому не должен,
не только осознаешь, но и принимаешь.
никому не нужен, никто не ждет.

человек докуривает последнюю сигарету,
допивает чай, и идет в сторону ванной.

Моет руки, берет лезвие и медленно проводит по щеке.
Несколько волос с густой щетины падают на край раковины,
человек направляется в прихожую, по пути выглядывает
в окно, видит самолет в небе и двухэтажный дом напротив.

Одевает пальто, достает из внутреннего кармана еще одну пачку, открывает ее,
берет сигарету и, так и не прикурив, выходит в дверь. К очередной не-свободе , к тому, что мы все так старательно называем жизнью.

Вечером он снова вернется сюда, снова сядет в кресло,
закурит, прокрутит в голове цепь чужих вопросов и своих ответов,
своих вопросов и чужих ответов, заснет ненадолго, а утром снова выйдет из
дома, за очередной процией вопросов.