В колонках играет - Nightwish "Walking in the air"
Настроение сейчас - wanderful

Отдельно спасибо Шульдиху, который повел меня гулять по Москве три недели назад, и тем самым сделал меня счастливой в день зачета по геометрии. Потому что без этой прогулки я бы не увидела ту афишу, по-моему, единственную на весь город, и никогда бы не узнала о том, что в Москву приезжает Тарья Турунен, экс-солистка Найтвиш.
И Огромное спасибо папе, который купил мне билет.
Во МХАТе очень узкие двери, очень добрые гардеробщицы и очень красивые лифты. Такие же красивые, как вид из окна на 4м этаже. С моего места в середине первого яруса все было прекрасно видно, очки вкупе с биноклем создавали мне 100% зрение, я видела все, даже глаза Тарьи. Стразы на ее костюме и вышивку на поясе. Кулончик на шее. Давно я не видела таких мелких деталей с такого большого расстояния! А звук… во МХАТе офигенная акустика, слышно было все и даже больше. То, что записано на дисках не идет ни в какое сравнение с живым исполнением. За одно только solo violin в одной из песен можно было отдать 1500 рублей, а уж за вокал… Мои несчастные истерзанные псевдосексуальным пришепетыванием певичек уши наконец-то дорвались до рая. Вокал был великолепен. Чтобы это понять нужно это слышать. Из всех хитов Найтвиш прозвучал только один – «Walking in the air», но зато в двух версиях – инструментальной и обычной, той, что моя соседка по ряду охарактеризовала «тяжеляк пошел». Стекшиеся на концерт фанаты Найтвиш хором требовали “Sleeping sun”, но из так же хором обломали – Тарья, несмотря на все уговоры, петь запрошенное отказалась, сделав вид, что не слышит. В принципе, всем тем фанам, собравшимся сегодня во МХАТе по большему счету делать там было особо-то и нечего – сольная карьера Тарьи отличается от стиля Найтвиш как калькулятор от записной книжки. Неизменным остался только голос, все остальное поменялось радикально. Стало гораздо нежнее, и чем-то напоминает Сару Брайтман, исчез весь столь любимый готами антураж, сама Тарья теперь воспринимается совершенно по-другому. Первую половину концерта я привыкала к новому образу человека, с которого списала свою Син, и так до конца и не привыкла. Тон голоса, интонации, жесты – все стало другим, более мягким. И очень непривычным. Как будто одна личность заменила другую.
Тарья пела в основном на финском, так что смысл большинства песен остался за гранью моего понимания. Еще была «Ave Maria» на… немецком. Признаться, немецкий текст в этой песне меня удивил. Правда, заметила я это лишь к третьему куплету, когда смогла хоть немного отрешиться от превосходного пения. Из состояния блаженства меня вывел глагол “schafen”. И еще там было что-то про “zu Spiegel” но что это такое и о чем конкретно говорилось в тексте, я не поняла – немецкий не является моей сильной стороной. Финальная песня была на русском. Приятно. Правда, опять же, кроме слов «тихая ночь, чудная ночь» ни фига не понятно, но это детали. Так же на русском Тарья приветствовала зал, причем говорила на «великом и могучем» весьма сносно, без режущего ухо акцента. С точно таким же финским акцентом Тарья говорит и по-английски: чуть в нос, с усиленным «р» и удлиненной «a» в «thank». Получалось такое очаровательное «tha-ank you…»
Концерт в Москве, как сказала сама Тарья, был последним в туре. Впрочем, это было заметно и без ее слов – видно было, что Тарья устала, но, несмотря на это, пела прекрасно, взяв себе всего две паузы и небольшой антракт. Единственное, кого было жалко, так это несчастную девушку-пианистку – мало того, что бедняге приходилось метаться между синтезатором и роялем, так еще и ее участие требовалось во всех песнях кроме той, когда Тарья сама села за рояль. В отличие от пианистки, все остальные музыканты имели свои передышки.
Концерт получился душевным, хорошим, особенно мне понравилась ария на музыку Баха и песня на музыку «музыкального отца финнов» Яна Сибелиуса.
Жалко, что я не побывала ни на одном концерте Найтвиш…

[333x444]